Территория смерти: голод, холера и война в Йемене
Фото: Getty Images
Территория смерти: голод, холера и война в Йемене

Уже несколько лет в Йемене бушует война. Кажется, здесь все воюют против всех. Хуситы (шииты зайедского направления), сторонники ИГ и "Аль-Каиды", "Братья-мусульмане", союзники Саудовской Аравии и Ирана, йеменская армия, войска из Эмиратов и Саудовской Аравии захватывают города, бомбят, угрожают друг другу, присягают на верность и отказываются от ставших ненужными союзов. 

Йемен находится очень далеко - на самой окраине арабской Ойкумены. Он - самая бедная из арабских стран. Здесь нет нефти и газа, нет вообще ничего, кроме бесконечных пустынь, голода и разрухи. 

Сегодня 8 миллионов йеменцев голодают, в стране бушуют эпидемии холеры и дифтерии. На территории Йемена руками самих йеменцев воюют два региональных гиганта – Саудовская Аравия и Иран. Бьются не на жизнь, а на смерть. 

Несмотря на отдаленность этого конфликта от Израиля, эта война проецируется и на наш регион, поэтому в последнее время события в Йемене все чаще упоминаются в заявлениях политиков, которые, впрочем, знают о том, что там происходит, лишь понаслышке. Иногда, по тем или иным причинам, политики пытаются упростить историю Йемена, а может, они просто с ней не знакомы. Так появился миф о том, что после "арабской весны" враждебный Саудовской Аравии, а также прочим арабским странам и Израилю, Иран создал фронт нестабильности в Йемене с помощью своих шиитских союзников - хуситов. И если только "обрубить Ирану руки" в Йемене, то в этой стране сразу восстановятся порядок и покой. Но, судя по истории XX столетия, покой Йемену может только сниться. 

Танцевать на головах змей 

В отличии от сирийской войны, которая в течении семи лет была в эпицентре мирового внимания, заголовки из Йемена находятся на заднем плане. Лишь в дни "арабской весны", когда на площади Тарьир (араб., "изменение, перемена") стояли вместе йеменские студенты и студентки, пожилые люди и дети, требуя перемен, Йемен был интересен. Однако перехода от автократии президента Али Абдаллы Салеха, который находился у власти без малого 33 года, к демократии так и не получилось. Вместо демократии в разобщенном и нищем Йемене разразилась гражданская война. 

Отстраненный президент быстро присоединился к хуситам – повстанцам-шиитам, которые еще в двухтысячных годах поднимали восстание против его режима и были разбиты. Стоит вспомнить, что в девяностых годах Салех тесно сотрудничал с местным филиалом "Братьев-мусульман" - суннитским радикальным движением "Ислах". Лавируя от радикальных суннитов к радикальным шиитам, Салах пытался любой ценой сохранить власть. 

В октябре 2017 года бывший президент рассказал в интервью, что "править Йеменом – все равно, что танцевать на головах змей". К этому моменту Салех разочаровался в своих союзниках-хуситах и объявил, что переходит на сторону антихуситской коалиции, что серьезно увеличило ее шансы на победу. 4 декабря 2017 в машину бывшего президента, в совершенстве овладевшего искусством танцевать на головах змей, выстрелили из гранатомета его недавние союзники, не простившие предательства. 

Краткая история бесконечной войны 

В нескольких предложениях не расскажешь о тысячелетиях истории, но стоит напомнить, что после исламского завоевания Йемен (вернее, северная часть современного Йемена) пользовался независимостью на протяжении нескольких веков, вплоть до египетского вторжения в XI веке. Однако и после завоевания Йемен был вассальным султанатом, сохраняя значительную меру автономии. Османское завоевание в XVII веке положило этому конец, в XVIII-XIX веках на территории Йемена возникали независимые шиитские зейдитские династии, затем страна вновь перешла в руки турков-османов. В 1918 году северный Йемен, населенный преимущественно шиитам зейдитского толка, стал независимой страной с теократическим монархистским режимом – восстанавливается так называемый "1000-летний имамат", тогда как южный Йемен, где проживают в основном мусульмане-сунниты, оставался британским протекторатом вплоть до 1967 года. 

В 1962 году в северном Йемене произошел переворот – одним из путчистов стал молодой лейтенант Али Абдалла Салех, будущий президент Йемена. В течении восьми лет роялисты воевали с республиканцами, а тем временем молодой южный Йемен стал на просоветские рельсы. Вплоть до 1990 года две стороны ожесточенно воевали друг с другом, ситуация осложнилась еще и многочисленными племенными конфликтами. После объединения в 1990 году прошло всего четыре мирных года, после чего вспыхнула гражданская война. 

К 2011 году ситуацией были недовольны все. Шииты на севере жаловались, что центральная власть навязывает им ислам суннитского толка и не вкладывает достаточно средств в развитие северных провинций, таких как Саада (сегодня – столица хуситов-повстанцев). Не были довольны объединением и южане; антиправительственные настроения, в конце концов, привели к тому, что на юге обосновались боевики Аль-Кайды (сегодня они контролируют несколько городов и областей). 

Аль-Кайда в Йемене воюет против всех – взрывает шиитские мечети и правительственные учреждения. Хуситы выступали против президента Салеха, но, не получив никакого доступа к власти после того, как в должность вступил новый президент, Мансур абд Аль-Хади, встали на тропу войны. На претензии в вопросе сотрудничества с Ираном они отвечали, что и йеменский режим прибегает к помощи иностранной державы – Саудовской Аравии. 

С точки зрения йеменцев-шиитов, на протяжении трех десятков лет Запад сотрудничал с президентом-автократом, который бессовестно обкрадывал своих граждан, тогда как правящая верхушка купалась в роскоши. Для умеренных суннитов усиление иранского влияния смерти подобно. Вместе с тем, значительная часть граждан Йемена не поддерживает никого и не верит никому, и лишь с ужасом наблюдает за тем, как одни вооруженные бандиты сменяют других в их провинциях, городах и деревнях. 

Если бы не нефть 

Несмотря на свою геополитическую удаленность от традиционных центров арабского мира, Йемен является гарантом беспрепятственных поставок нефти через пролив Баб аль-Мандеб, один из главных путей танкеров, которые пересекают Суэцкий канал. Перекрытие Баб аль-Мандебского пролива заблокирует путь танкерам из Персидского залива в Средиземное море, а также закроет наиболее короткий маршрут из северной Африки в Азию. Если бы не это обстоятельство, а также если бы не возрастающее влияние Ирана на происходящее в стране, вряд ли трагические события в Йемене вызвали бы хоть какой-нибудь интерес за пределами арабского мира. 

Впрочем, стоит отметить, что и сейчас голод и разруха в Йемене крайне скупо освещаются международными СМИ. На страницах газет или телеэкранах изредка появляются ужасающие фотографии живых скелетов – голодающих йеменских детей, а также горы трупов в результате эпидемии холеры. Однако, благодаря инфляции смертей и страданий – сирийская война, ИГ, теракты в Европе и США –все идет своим чередом и не вызывает эмоций у сильных мира сего. А вот опасения за то, как будут осуществляться поставки нефти и нефтепродуктов, способствуют тому, что Саудовская Аравия, возглавившая йеменскую кампанию в 2015 году, получила безоговорочный мандат на действия в этой стране, несмотря на то, что саудовское королевство, бесспорно, является заинтересованной стороной.

Победа в битве, но не в войне 

Сегодня, после дезертирства и убийства бывшего президента Салеха, похоже, что правительственные силы при поддержке саудовского альянса впервые добились ощутимых успехов и потеснили своих хуситских врагов. Вполне возможно, что еще через несколько месяцев те будут отброшены окончательно на север, а возможно, и полностью разбиты. Но на этом йеменская война, увы, не закончится. После разгрома хуситов неизбежно окрепнет Аль-Кайда и ИГ (обе группировки действуют на юге страны) - ведь будет разбит их общий враг. Что же касается йеменских шиитов, которые вовсе не являются инородным элементом, а составляют свыше 45 процентов населения, они продолжат роптать, и на какой то момент опять возьмут оружие в руки, если вновь останутся без своей доли скудного йеменского пирога. И Иран всегда будет там, чтобы взять то, что плохо лежит. 

Несмотря на колоссальную разницу между Йеменом и Ливаном, стоит отметить, что и ливанская "Хизбалла" (а до нее движение "Амаль") воспользовалась растущим недовольством на юге Ливана, населенном преимущественно шиитами. Именно эта группа населения имела меньше всего политических прав и никакого доступа к госбюджету. Пока Ливан, который часто именовали ближневосточной Швейцарией, пировал, ливанские шииты наблюдали за этим праздником жизни со стороны. Итогом многолетнего отстранения от власти и игнорирования бедственной ситуации стал рост популярности фундаменталистских движений, таких, как "Хизбалла". Разумеется, и в этом случае Иран воспользовался ситуацией в своих целях. 

Не исключено, что после того, как хуситы будут подавлены, или, по крайней мере, вытеснены из центральных городов Йемена на север, внимание саудовской антииранской коалиции может быть переключено на Ливан. Недавняя драма вокруг отставки и возвращения премьера Саада ад-Дина аль-Харири стала ясным намеком на то, что в Эр-Риаде не смирились с господством "Хизбаллы" в стране кедров. Проиграв битву в Сирии, попытаются ли саудиты изменить ситуацию в Ливане? Если да, то, во-первых, Ливан вскоре будет напоминать Йемен - с точки зрения разрушений и гражданских смертей; во-вторых, Израиль непременно будет втянут в эту войну "Хизбаллой" и Ираном; а в третьих, также, как и в Йемене, причины конфликта не будут устранены, а значит – через какое то время все вернется на круги своя. 

Лишь создание более или менее сбалансированного строя, который удовлетворит запросы всех конфессиональных и племенных групп, правильная формула раздела власти, социальная справедливость с одной стороны, а с другой - прекращение вмешательства иностранных держав, могут положить конец бессмысленному, как и все войны, конфликту в Йемене. Неспособность правящих арабских режимов обеспечить все эти условия привела к революциям и переворотам в 2011-2012 годах. Причины "арабской весны" до сих пор не устранены. А это значит, что не только Йемен, но и другие арабские страны, по-прежнему находятся в зоне нестабильности, конца которой пока не видно.

counter
Comments system Cackle