Пришло время новых альянсов на Ближнем Востоке
Фото: Getty Images
Пришло время новых альянсов на Ближнем Востоке

Израиль больше не может рассчитывать только на США. Он ищет союзников среди арабских государств, возлагая при этом большие надежды на Россию и не забывая про Китай. 

В 2017 году ближневосточный регион оставался самой горячей точкой мира. «Арабская весна», гражданская война в Сирии и деятельность «Исламского государства» (террористической организации, запрещенной в России и ряде других стран) почти полностью поменяли правила игры в этой части мира, к которым всем еще только предстоит приспособиться. На первый план выходят новые акторы, и баланс сил стремительно меняется. Все большую роль берут на себя различные этнические и религиозные группы, еще недавно находившиеся в тени. У США появились сложности в отношениях с их многолетними союзниками. Россия, хотя и заявила о выводе войск из Сирии, сохранит присутствие в регионе. И, конечно, все стороны с тревогой смотрят на растущее влияние Турции и Ирана, получивших шанс на реализацию своих геополитических амбиций. В первую очередь, опасений не скрывают израильтяне, для которых усиление иранских позиций представляет сегодня самую главную угрозу. 

Как Израиль будет реагировать на новые вызовы и какова его роль на постоянно меняющемся Ближнем Востоке, «Росбалту» рассказали израильские эксперты и политики. 

Эммануэль Нахшон, официальный представитель МИД Израиля: 

«Современный Ближний Восток переживает период хаоса и неопределенности, что, без сомнения, оказывает влияние на другие регионы. Достаточно посмотреть на Западную Европу, где все были уверены, что Ближний Восток далеко. Но внезапно он постучался прямо к ним в дверь вместе со своими конфликтами, проблемами и вопросами. 

Однако пыль потихоньку оседает, и контуры некоторых решений уже начинают проступать. В частности, намечается формирование своего рода сообщества стратегических интересов, объединяющее Израиль и умеренные суннитские арабские государства. Я бы не стал называть такое сближение союзом, но у нас определенно похожее видение ситуации и общее осознание опасности. А это всегда хорошая основа для сотрудничества. 

Что касается Сирии, то, пожалуй, никто не знает, возможно ли будет стабилизировать ситуацию в этой стране и как вообще она может выглядеть. Я думаю, пока слишком рано делать выводы. Результат может быть любым. Единственное, что сегодня очевидно: Ближний Восток — это все еще наиболее опасный регион в мире. Во многом потому, что религия возвращается на политическую сцену как один из главных акторов. А сочетание религии и политики — всегда гремучая смесь. 

Кроме того, Израиль, разумеется, крайне обеспокоен проблемой усиления роли Ирана на Ближнем Востоке. Используя нестабильную ситуацию в регионе, Тегеран сегодня старается использовать уникальную возможность занять лидирующие позиции в Сирии. У нас нет сомнений, что иранское присутствие в этой стране направлено, в том числе, против Израиля. И этого мы, конечно, не можем принять. На самом деле это проблема не только для Израиля, но и для всего мира. Иран представляет собой смертельное соединение религиозного фанатизма, наличия оружия массового поражении и мании величия. И мы думаем, что Россия не понимает в полной мере потенциальную опасность Ирана. Ей кажется, что она может его контролировать, но в итоге результат будет прямо противоположным. Обратите внимание на ракетную программу Ирана. Сейчас иранские баллистические ракеты имеют дальность две тысячи километров, но уже ведется работа над ракетами, способными преодолеть более четырех тысяч километров. Против кого они могут быть нацелены? Россия думает, что Иран — тигр, которого можно приручить. Но, боюсь, он не поддается дрессировке. 

Поэтому хочу напомнить фразу, которую еще в начале ХХ века произнес президент США Теодор Рузвельт: „говори мягко, но держи в руках большую дубинку“. И в ближневосточном регионе можно выжить только по такому принципу. Если ты милый, то здесь все думают, что ты слабый. Если хочешь, чтобы тебя уважали, — необходимо быть жестким, иметь четкую позицию и не бояться делать то, что должен. Именно таково наше видение мира». 

Эяль Зиссер, профессор, вице-ректор Тель-Авивского университета: 

«Сегодня на Ближнем Востоке на первый план выходит напряженность между Ираном и некоторыми суннитскими государствами, в первую очередь Саудовской Аравией. Главным реакционным игроком становится Иран. Его позиции усиливаются, а влияние начало распространяться по всему региону. И это беспокоит далеко не только Израиль. В Йемене, например, противоречия между шиитами и суннитами уже привели к гражданской войне, в которой были задействованы силы других государств. 

Так что Ближний Восток крайне нестабилен, и есть вероятность крупного конфликта. Израиль, конечно, должен это учитывать. В таких условиях полагаться только на США мы не можем. Сейчас формируется карта новых альянсов, и Израиль старается найти баланс между традиционным союзом с Соединенными Штатами и отношениями с другими партнерами. Мы стараемся вести плодотворный диалог с Россией, а также налаживать контакты с умеренными суннитскими государствами, в частности со странами Персидского залива. Саудовская Аравия сегодня чувствует реальную угрозу со стороны Ирана. Поэтому можно сказать, что Тегеран сам подталкивает ее в сторону Израиля». 

Узи Раби, профессор, директор Центра исследования Ближнего Востока и Африки имени Моше Даяна:

«Ближний Восток за последние годы изменился кардинальным образом. В XIX и ХХ веках в этом регионе все определяли западные государства, пытавшиеся создать реальность, соотносящуюся с их идеями. Но направление поменялось. Теперь мы видим не импорт западной идеологии на Ближний Восток, а экспорт ближневостосточных идей на Запад — причем зачастую негативных. Многие основополагающие принципы, предложенные западной цивилизацией, на которые мы опирались весь ХХ век, сегодня поставлены под сомнение. Современный Ближний Восток — это не группа национальных государств. Люди здесь чаще всего обращаются к своей первичной идентичности: они воспринимают себя в первую очередь как шиитов, суннитов, курдов, персов, турок — и уже потом как граждан той или иной страны. Теперь необходимо постоянно сверяться с альтернативной картой, позволяющей понять, где живут представители различных религий и этнических групп. Карта прошлого столетия может только запутать. 

По сути, мы имеем дело с новом равновесием и новой геополитической панорамой, к которым необходимо приспосабливаться. „Исламское государство“, очевидно, скоро окончательно вытеснят с территорий, которое оно занимало на Ближнем Востоке. Но все, что было до него, фактически разрушено, и взамен мы получим огромный вакуум, который займут иранские отряды милиции, курды, суннитские группы и т. д. Если раньше палестино-израильский конфликт был альфой и омегой региона, то сейчас он отходит на второй план, поскольку появилось множество других очагов противостояний. Многие до сих пор думают шаблонами ХХ века, когда Израиль был на одной стороне, а все другие ближневосточные государства — на противоположной. Но это больше не так. Для значительной части арабских государств самой большой проблемой в регионе становится Иран. И это тот знаменатель, который может сблизить их с Израилем. 

Кроме того, политика Барака Обамы на Ближнем Востоке открыла двери новым игрокам, которые теперь задают ритм. В ХХ веке, если ты хотел участвовать в формировании будущего Ближнего Востока, то нужно было ехать в Вашингтон. А теперь необходимо провести какое-то время в Москве. Диалог с Россией сегодня для нас крайне важен, в том числе в свете иранской проблемы. Не следует забывать и о Китае — гиганте с огромными экономическими возможностями. Так что сегодня нельзя полагаться только на одну державу. Чем больше дверей для нас будет открыто — тем лучше. 

На протяжении очень долгого времени Израиль вынужден вести политику выживания. Двадцать лет назад израильтяне были уверены, что соглашения, достигнутые в Осло, ознаменуют конец длительного конфликта и проблемы можно будет решить в ходе переговоров. Но вторая интифада поставила на этих надеждах крест. Поэтому сегодня мы стараемся уберечь наших граждан от завышенных ожиданий. К сожалению, мир не ждет нас за углом, а значит необходимо действовать креативно, осторожно, крайне ответственно и вести диалог с как можно большим количеством игроков. В том числе, если арабские страны будут готовы к сотрудничеству, эту возможность нужно использовать».

counter
Comments system Cackle