"Не жалею, что проголосовала за закон о магазинах". Интервью с Тали Плосковой
Фото: WallaNews
"Не жалею, что проголосовала за закон о магазинах". Интервью с Тали Плосковой

Голосование по законопроекту о работе торговых точек по шаббатам вызвало острую дискуссию в Кнессете и за его пределами. Одним из депутатов, находящихся в эпицентре дискуссии, стала Тали Плоскова ("Кулану"), которую обвинили в том, что она поддалась давлению руководства коалиции и поддержала законопроект, несмотря на то, что имела возможность голосовать иначе. В интервью NEWSru.co.il депутат Плоскова прокомментировала этот эпизод.

Беседовал политический обозреватель NEWSru.co.il Габи Вольфсон.

Госпожа Плоскова, вы проголосовали за законопроектах о работе магазинов по шаббатам. О политике мы еще поговорим, но сначала скажите, что вы как человек, как гражданин думаете об этом законе?

На самом деле, для того, чтобы объяснить, почему я проголосовала "за", достаточно ответить на ваш вопрос. Я вообще задумалась о том, голосовать ли за законопроект, только оказавшись под давлением СМИ и людей, которые ко мне обращались. Нам говорили: "Ни в коем случае не голосуйте за этот закон, это нечто ужасное". Мы проводим очень много законов, и, к сожалению, есть депутаты, которые не доходят до сути того, за что голосуют. Я начала разбираться в этом законе и увидела, что он, правильнее всего сказать, пустой. Совсем пустой. Сегодня каждый город имеет право, опираясь на свой муниципальный закон, принимать решение об открытии или неоткрытии магазинов по шаббатам. В Хайфе такой закон существует с 1948 года. И никто эти законы отменять не собирается. Если в Араде есть уже работающие по шаббатам магазины, то они продолжат работать, их никто не собирается трогать. Этот закон говорит лишь о том, что если тот или иной населенный пункт захочет поменять городское законодательство, это должно будет пройти утверждение министра внутренних дел.

Допустим, что все так как вы говорите. В какой момент, в какой день вам стало ясно, что этот закон, как вы говорите, пустой и ничего не меняет?

В тот момент, когда я поняла, что назавтра должна голосовать. У меня есть правило, я по воскресеньям просматриваю все законопроекты, голосование по которым намечено на неделю. Отсеиваю более легкие, углубляюсь в более сложные.

Итак, в воскресенье?

Да.

Но в понедельник утром я узнал, что вам дана свобода голосования, и вы намереваетесь, по крайней мере не голосовать "за".

Насчет свободы голосования – это правда, но дело было не в понедельник. Днем раньше я сказала главе своей партии Моше Кахлону, что НДИ проголосует "против" и поднимает шум о нарушении статус-кво, хотя повторю еще раз – в этом законе нет изменения статус-кво. Но мне было очевидно, что меня ждет именно то, что сейчас происходит. И я сказала Кахлону: "Мы вроде бы все в коалиции. Но почему им можно голосовать против, а мне нет?" Он сказал, что понимает мою ситуацию, и я могу делать то, что считаю правильным. Кахлон отлично понимал, кто поднимает эту волну на "русской" улице, в "русских" СМИ, и что мне придется, простите за выражение, отдуваться за эту ситуацию.

Кто поднимает волну на "русской улице?

Партия НДИ, естественно. Они заняли определенную позицию, это их право, но пусть каждый решает для себя, а не тычет пальцем в других. Сейчас же все льется на меня.

Я говорю не о том, в чем вас обвиняет НДИ. Вчера в Кнессете многие депутаты, и не обязательно из НДИ, говорили: "Посмотрим, посмотрим, как проголосует Плоскова". Но я говорю о голосах из вашей собственной партии. Речь шла о том, что вы проголосуете против или не примете участия в голосовании.

От меня этого никто не слышал. Я этого нигде не объявляла. Многие во фракции знали о моей беседе с Кахлоном и о том, что он мне сказал то, что сказал. Оттуда и пошел слух, что я могу проголосовать против или выйти из зала. От меня этого никто не слышал. Мне было трудно принять решение по поводу голосования по этому законопроекту. Не потому что я считала этот закон каким-то ужасным, а потому что мне было очевидно, что придется пройти все то, что сейчас происходит, что мне придется доказывать свою правоту и тот факт, что я не совершила никакого преступления. Было понятно, что мое голосование будут сравнивать с голосованием НДИ, ведь и они, и я представляем русскоязычных израильтян. Их голосование было более популистским, и, возможно, в глазах избирателей они заработали таким способом какие-то очки. Они показали, я подчеркиваю, показали, что они против. Если бы они действительно были против, то это бы выглядело совсем иначе. Они знали прекрасно, что этот закон проходит. Игры в политику всем хорошо известны.

В какой степени на ваше решение повлияли беседы с главами коалиции?

Не секрет, что в таких ситуациях с колеблющимися депутатами беседуют.

С вами беседовал Давид Битан?

Да, обычно беседует Давид Битан, беседует Ярив Левин, который отвечает за связь между правительством и Кнессетом.

Как они пытались вас убедить?

Как всегда в таких случаях. Говорили, что у нас есть проблема с голосами, что нужно это учитывать. Не более того.

То есть слухи о том, что на вас оказывалось страшное давление, и оно в итоге возымело действие, не соответствуют действительности?

На меня давить никто не может. Я получила полную поддержку в своей партии, и мне дали право действовать так, как я считаю нужным. Но тут я должна упомянуть еще один немаловажный довод. Я член партии "Кулану", нравится это кому-то или нет. И будучи членом партии, я не считаю правильным, когда один депутат голосует иначе, чем вся фракция. Если бы я стояла во главе фракции, то требовала бы, чтобы все голосовали одинаково.

По любому законопроекту?

Конечно же, не по любому. Есть критические законопроекты, но в данном случае речь о таковом не шла. Мы подписали коалиционное соглашение, где ясно говорится о том, что мы будем поддерживать те законопроекты, которые не нарушают статус-кво.

Есть еще пункт в коалиционном соглашении, где говорится о том, что все законы, касающиеся вопросов религии и государства, могут продвигаться лишь с согласия всех фракций. Здесь этого не было.

Честно говоря, я не знаю о таком пункте коалиционных соглашений, вы мне сообщаете новое. (После проверки выяснилось, что этот пункт фигурирует в коалиционном соглашении между "Ликудом" и НДИ и отсутствует в коалиционном соглашении между "Ликудом" и "Кулану" – прим. ред.). Но я хочу добавить еще одно объяснение того, почему я проголосовала за. Я сидела и считала голоса, пытаясь понять к чему это приведет, во что выльется, и не превратится ли возня вокруг этого пустого закона в ситуацию, когда мы будем вынуждены идти на выборы. Он не стоил этого. Это просто безответственно зарабатывать дешевый политический капитал, отправляя страну на досрочные выборы. Дери ведь не случайно говорил, что подаст в отставку, все действительно висело на волоске. Как видите аргументов было много, и я совершенно не жалею о том, что проголосовала именно так. К тому же речь идет только о первом чтении, будут еще споры и поправки. Много чего еще можно сделать.

Как получается, что партия "Кулану" раз за разом оказывается в ситуации, когда ей приходится оправдываться за изменение своей позиции по тем или иным законам?

Мы не меняли свое решение.

Я говорю об имидже, который формируется. Ваша партия активно критиковала закон о рекомендациях. Потом туда внесли косметические изменения, и вы уже "за".

Что касается закона о рекомендациях, то Кахлон уже на первом заседании фракции говорил о том, что он поддерживает этот законопроект. И по этому закону он всем нам дал свободу голосования. Я считаю, что это хороший закон, а те изменения, которые были внесены, и согласно которым его действие не распространяется на уже начатые расследования, это достижение нашей партии. В Израиле когда-то должна восторжествовать презумпция невиновности, и закон о рекомендациях может помочь в этом. Фракция, как фракция, никогда не говорила, что она против этого законопроекта. Возможно вы это слышали от Рахель Азарии, но не от фракции "Кулану". Более того, Кахлон голосовал за этот закон на правительстве, высказывался в его поддержку на фракции.

Закон критиковала не только Рахель Азария. Против него крайне резко выступал глава вашей фракции Рои Фолькман.

Я совершенно не оспариваю тот факт, что в нашей фракции были и есть разные мнения. Это нормально. Сомневающиеся депутаты – это тоже нормально. Если бы мы слепо шли за коалицией, то нам надо было бы предъявить гораздо больше претензий, чем в том случае, если мы сомневаемся и пытаемся изменить законопроекты. Фолькман боролся за изменение закона о рекомендациях, и ему удалось добиться того, что нынешняя редакция совсем иная, чем была изначально. Вместо того, чтобы поблагодарить, нас продолжают критиковать. Израильские СМИ любят все показывать в каком-то непонятном мне цвете. Им уж очень хочется, чтобы правительство рухнуло и были объявлены выборы.

Когда это произойдет с вашей точки зрения?

Моя личная точка зрения – это правительство просуществует весь или почти весь отведенный ему срок. Может быть не до ноября 2019 года, но до марта точно. Давление, которое на нас оказывается, делает коалицию лишь сплоченнее.

Несмотря на все трения и разногласия?

Было бы странно, если бы мы все думали одинаково. Это работа, и одна из ее составляющих – способность преодолевать разногласия.

Отношения между Кахлоном и Нетаниягу уже не те, что были раньше.

Это известно и ни для кого не секрет, и это изменение наметилось уже после истории с (телерадиовещательной) корпорацией. Но они профессионалы, и как профессионалы могут договариваться и находить общий язык.

counter
Comments system Cackle