Он был свидетель умиленный...
Фото: Getty Images
Он был свидетель умиленный...

Происходит нечто поразительное. Наши СМИ уже несколько дней дружно твердят: "После того как бывший начальник канцелярии премьер-министра Ари Харо согласился стать госсвидетелем по делам "1000" и "2000", Биньямину Нетаниягу может быть предъявлено обвинение". 

Но Ари Харо начнет давать показания в роли госсвидетеля только в ближайшие недели! Почему же с его фигурой связывается уверенность наших "независимых" журналистов в том, что Биби, наконец, удастся пригвоздить к позорному столбу? 

Напрашиваются два ответа. 

Во-первых, сладостные надежды на убийственный характер новых показаний Ари Харо говорят о том, что до сих пор серьезных улик против главы правительства не было и многочисленные комментаторы нам врали насчет того, что Нетаниягу сильно влип. 

Во-вторых, совсем не всегда показания госсвидетеля оказываются роковыми для подозреваемого. Уж не хотят ли торжествующие журналисты сказать, что Ари Харо получил от следствия четкие указания – что говорить и как заваливать Нетаниягу?.. (Упаси меня бог это предполагать! Но такой "логический" вывод следует из безапелляционных заявлений СМИ). 

Сразу отмечу, что я никогда не изучал юриспруденцию. Отдельными правовыми вопросами интересовался как журналист, а также по личным причинам... Поэтому в рамках данной статьи ничего категорически не утверждаю и только делюсь сомнениями, задаю вопросы. 

Я не очень понимаю, зачем понадобился государственный свидетель по двум делам, открытым против премьер-министра. Обычно обвинение ищет такое подспорье, когда расследуются тяжелые преступления, после которых не осталось улик. Привлекается один из подозреваемых в причастности к этим преступлениям – и ему гарантируют смягчение наказания за его показания против сообщников. Теоретически его показаний недостаточно: нужны и другие улики. На это теоретически. На практике израильская прокуратура все чаще использует госсвидетелей только по одной причине: сама дело расследовать не может и нуждается в чьих-то свидетельствах. 

Ари Харо не подозревается в совместных с Нетаниягу нарушениях закона. Он обвинялся совсем в другом: поступая на госслужбу, должен был отказаться от собственного бизнеса, но, хотя заявил о закрытии своей фирмы, этого не сделал. Тем не менее ему предложили заменить намечавшиеся несколько лет тюрьмы на общественно полезные работы за показания против Нетаниягу по делам "1000" и "2000". Уже это нехорошо попахивает. 

Некоторые объективные комментаторы задавали резонный вопрос: а, собственно, что нового может рассказать Ари Харо по этим двум делам? Ведь его его как ближайшего сотрудника Нетаниягу уже допрашивали. 

Начнем с дела "1000". Бизнесмен Арнон Мельчин, поставлявший семье премьер-министра дорогие вина и сигары, делавший ценные подарки Саре, и сам честно ответил на вопросы полиции. Он даже представил счета за эти покупки. Дальнейший ход данного расследования зависит только от интерпретации органами правопрядка выявленных фактов: можно ли упоминавшиеся подарки Мельчина своим друзьям считать взятками? Вообще-то взятка означает, что чиновник удовлетворяет какие-то интересы лица, от которого он получал подарки. Я лично не понимаю, в каком качестве Биби мог продвигать интересы крупного голливудского продюсера Мельчина. Не представляю, что за зловещие секреты их отношений может знать Ари Харо – при всем своем американском происхождении. 

Дело "2000" было возбуждено в связи с появлением сведений о встречах Нетаниягу с владельцем концерна "Едиот ахронот" Мозесом. Судя по обнародованным записям переговоров, премьер-министр предлагал отказаться от критики его персоны в "Едиоте", а Мозес напирал на то, что "Исраэль ха-йом" ("газета Биби"" должен перестать разорять его издание. Одновременно с "сенсационным" сообщением о согласии Ари Харо стать госсвидетелем наши СМИ разместили информацию о том, что владелец "Исраэль ха-йом" американский миллиардер Шелдон Эдельсон рассказал следователем о том, как Нетаниягу интересовался у него – нельзя ли закрыть пятничные приложения к его газете. Это опять попахивает нагнетанием истерии, так как Эдельсон давал указанные показания еще месяц назад. 

Дело "2000" даже враждебно относящиеся к Нетаниягу комментаторы считали бесперспективным. Конечно, тут можно усмотреть попытку подкупа газеты влиятельным политиком. Но фактов, подтверждающих такую версию, нет. Премьер-министру не запрещено общаться с газетным магнатом – и оба они могут сказать, что прозвучавшие в записи "предложения" были шутливыми. Ведь на самом деле "Едиот" не отказался от нападок на Нетаниягу, а "Исраэль ха-йом" продолжает лидировать на газетном рынке и отнюдь не закрыл своих приложений – уже поэтому Ари Харо самыми ужасными подробностями о переговорах Нетаниягу с Мозесом не убедит беспристрастных судей в том, что кто-то из них подкупил другого. 

Но вот может ли Нетаниягу рассчитывать на беспристрастность следствия и суда? Если отвечать на этот вопрос утвердительно, с пылкой категоричностью, то непонятно, для чего прокуратуре потребовался Ари Харо... 

Не буду ссылаться на многочисленные опросы общественного мнения, согласно которым израильтяне относят к наиболее коррумпированным структурам полицию и суд. Приведу примеры. 

Вчера на Втором телеканале в качестве юридического эксперта выступал известный адвокат Дори Клагсвальд. Он известен не только высоким профессионализмом, но и тем, что в 2006 году после приятного обеда в ресторане гнал свою машину с недозволенной скоростью и в результате наезда убил молодую женщину Евгению Векслер и ее маленького сына. Полицейские, узнав адвоката, работающего с правительством, не осмелились сразу взять у него пробу крови и не сделали необходимых замеров на трассе. Отсидел Клагсвальд несколько месяцев. С тех пор многие виновники ДТП получали гораздо более суровые наказания. 

Возьмем прямые аналогии. Несколько лет назад мировой суд в Иерусалиме оправдал Ольмерта, не отрицавшего получения конвертов с наличными от американского бизнесмена Моше Талански. На такую "интерпретацию" не повлияло то, что в газетах публиковалась фотокопия письма министра промышленности, торговли и труда Ольмерта, который на служебном бланке предлагал... все тому же Шелдону Эдельсону закупать для своих гостиниц агрегаты с водой, продававшиеся бизнесменом Талански. 

Если говорить о полиции, то она отправляет на скамью подсудимых мэров, которые предоставляют подряды своим спонсорам-"кабланам" без конкурса. Но следствие закрыло за недостаточностью улик дело министра финансов Ольмерта, пытавшегося в ходе приватизации Банка Леуми без конкурса и по дешевке продать его своему американскому приятелю. Стенограммы деловых переговоров приводились в печати. Сделка сорвалась только потому, что начал протестовать аудитор минфина Ярон Зелиха. Его вскоре уволили – как и журналиста, опубликовавшего всю эту историю. 

Нетаниягу спешат объявить виновным до завершения следствия и до суда. Эти "вердикты" выносят те же журналисты и политики, которые с 1996 года называют его главным виновником срыва мирного процесса. У дома юридического советника правительства правительства периодически проходят демонстрации с требованием немедленно отдать Нетаниягу под суд. У наших ультралевых крыша едет: они не стесняются демонстрировать своих намерений и прибегать к неприкрытому шантажу... Если бы не эта неприкрытая травля (не буду здесь вспоминать "дела" против Сары Нетаниягу и напоминать о женах Рабина или Барака, которых при более крупных прегрешениях никто не обижал), то можно было бы терпеливо ждать завершения расследований по делам "1000" и "2000". 

Полагаю, меня никто не считает агитатором Ликуда и обожателем Биньямина Нетаниягу. Добавлю: по моему убеждению, неприлично премьер-министру, одному из самых состоятельных израильских политиков, превращать своего приятеля в поставщика шампанского и сигар. Не очень красиво выглядят и переговоры главы правительства с владельцем газетного концерна, в ходе которых идет откровенный торг о прекращении собеседником политических нападок. Но хотелось бы, чтобы и СМИ, и карательные органы разграничивали неэтичное поведение, выход за рамки служебных полномочий и уголовные преступления, чтобы расследования против лиц, неугодных определенным политическим кругам, не затягивались в поисках сговорчивых стукачей. Иначе приходится согласиться с авторитетным американским юристом Аланом Дершовицем, который говорит, что и в США, и в Израиле судебная система превращается в орудие реванша теми, кто проигрывает на выборах.

counter
Comments system Cackle