По одну сторону баррикад, или Союзники поневоле
Фото: Getty Images
По одну сторону баррикад, или Союзники поневоле

Израиль, страны Персидского залива и Египет едины в стремлении максимально ослабить режима ХАМАса и стоящих за ним Катар и Иран

Одной из последних сенсаций стало сообщение СМИ о тайных переговорах между Израилем и Объединенными арабскими эмиратами (ОАЭ). Согласно сообщениям, министр иностранных дел ОАЭ шейх Абдалла бен Заид встречался в Париже со своим израильским коллегой Авигдором Либерманом в Париже, а на встрече присутствовал злейший враг Абу-Мазена и ХАМАСа, бывший глава палестинской контрразведки в Газе Мухаммед Дахлан.

Эти сообщения сопровождались спекуляциями, что Израиль и ОАЭ, при содействии Саудовской Аравии, согласовывают действия против ХАМАСа, чьим главным патроном, в свою очередь, является Катар. Вслед за этим последовал репортаж «Аль-Джазиры» о том, что ОАЭ поддерживают операцию Израиля в Газе. Реакция ОАЭ была вполне предсказуемой: в Абу-Даби категорически отвергли информацию о встречах с Либерманом и координации курса с Израилем, обвинили ХАМАС, Катар и «Аль-Джазиру» во лжи и попытке подорвать репутацию ОАЭ, и (неизбежная дань ритуалу) подчеркнули свою преданность «палестинскому делу». Более того, как и положено, в таких случаях, княжество ОАЭ обвинило Катар в том самом страшном и непростительном грехе, которое приписывается ему самому, т.е., связях с дьяволом («сионистами»).

Что стоит за этими сообщениями и насколько они спекулятивны? Здесь есть два ключевых момента, которые позволят предположить, что ОАЭ все же повинно в приписываемом ему грехопадении.

Момент первый состоит в том, что арабский мир сегодня оказался фатальным образом расколот на два лагеря (оставим в стороне религиозный конфликт между суннитами и шиитами – это отдельная тема для разговора). На одной стороне сравнительно умеренные режимы и монархические династии, которые устояли под натиском бурь «арабской весны»: Египет, Саудовская Аравия, Кувейт, ОАЭ, Оман, Иордания, Алжир и Марокко. На другой – исламисты разных мастей («Мусульманские братья», салафиты-ваххабиты и «аль-Каида»), которых поддерживает Катар. Это не конфликт интересов и даже не борьба за влияние. Это - схватка не на жизнь, а на смерть.

Цель перечисленных выше режимов – удержать власть в обстановке хаоса и распада и выжить физически (в полном смысле этого слова – на Ближнем Востоке участь проигравшего, как мы видим на примере Саддама Хусейна и Муамара Каддафи весьма печальна). Цель исламистов и Катара – установление «Государства ислама», или Халифата, основанного на законах шариата и заветах первых халифов.

Здесь нет места национальным государствам, религиозные меньшинства обречены на участь людей второго сорта («дхимми»), а цель – священная война («джихад») против «неверных». (О демократии и правах человека не будем вспоминать – единственное право инакомыслящих быть распятым и похороненным заживо, причем и здесь они лишены права выбора).
Катару, как было сказано выше, принадлежит решающая роль в построении этого «светлого будущего».

Крохотное полуостровное государство в Персидском заливе с коренным населением в 300 тысяч человек (остальные рабочие и мигранты из других стран) и армией в 12 тысяч человек превратилось в главного режиссера арабского Востока и ведущего мирового игрока. Бывший вассал Бахрейна и колония Португалии (о где вы, добрые старые времена?!) Катар - третье государство по запасам природного газа в мире и шестой по величине экспортер энергоносителей. Находясь под защитой американского флота, это княжество создало гигантскую финансовую империю, а телеканал «Аль-Джазира» превратился в «голос арабской весны».

Фактически все «революции» финансировались, освещались и направлялись в нужное русло Дохой, оказывавшей тотальную поддержку исламистским движениям: «Мусульманским братьям» в Египте, салафитам в Сирии, филиалам «аль-Каиды» в Магрибе.

В Катаре нашел прибежище духовный проповедник «Мусульманских братьев» Шейх Юсуф Кардауи, изгнанный в свое время из Египта и с почетом вернувшийся туда после свержения Мубарака. Ему принадлежат слова: «Константинополь был завоеван в 1453 году Мухаммедом ибн Мурадом, которого мы называем Мухаммедом-завователем. Теперь осталось завоевать Рим». Как и все «Мусульманские братья», он выступает за уничтожение Израиля и евреев вообще. (ХАМАС, как известно, палестинский филиал «Мусульманских братьев»).

В Ливане в 2008 году Катар добился соглашения между «Хизбаллой» и ее противниками, объединенным в альянс «14 марта», на условиях Ирана и «Хизбаллы». В Ливии умело организовал свержение Каддафи западным странами (раньше Британия находила союзников, которые таскали для нее «каштаны из огня», теперь сама это делает для арабских эмиров) и всячески поощрял исламистов. Например, бывший лидер «Ливийской исламской боевой группы» Абдель Хаким Бельхадж, которого он финансировал, тесно связан с «аль-Каидой».

В Сирии поддержал исламистов, воюющих против режима Асада. (Кстати, не только по идеологическим соображениям. Одна из причин сирийского конфликта стало стремление Катара проложить газопровод через эту страну и выйти к Средиземному морю. Асад дважды отклонял эту просьбу Дохи, за что и поплатился). Бывший эмир Катара шейх Хамад бин Халифа аль-Тани призвал к отправке арабского воинского контингента в Сирию, а его сын Тамим бин Халифа аль-Тани с еще большей энергией начал реализовывать заветы отца.
Это крохотное княжество стало также главным спонсором ХАМАСа, от которого отвернулись и Каир, и Эр-Риад, и «крышей» изгнанного из Сирии руководства этой группировки во главе с Халедом Машалем. За три года, с 2007 по 2010 год, Катар перевел режиму ХАМАСа полмиллиарда долларов.

Доха стала главным посредником между враждующими палестинскими фракциями, и теперь все переговоры между «заклятыми друзьями» (ФАТХом и ХАМАСом), включая и нынешние предложения Абу-Мазена о прекращении огня в Газе, осуществляются через «катарский канал». В Катаре же, при королевском дворе, обосновался беглый арабский депутат Азми Бшара – и не просто, а в качестве наставника юного принца княжества.

Надо сказать, что американцы не слишком довольны «миротворческой деятельностью» Дохи, которая неизменно приводит к усилию исламистов и Ирана. Тем не менее, пока этой княжество остается главной базой американских ВМФ в Персидском заливе, его правителям нечего опасаться.
По другую сторону баррикад, как было сказано, находятся Саудовская Аравия, Кувейт, ОАЭ, Бахрейн, Египет и Иордания, которые вполне справедливо видят в Катаре главный источник нестабильности, провокаций и подстрекательства. Для этих государств главная угроза исходит от Ирана и его ставленников, а также от исламистов.

Здесь с большой неприязнью и подозрением относятся к неосманским амбициям Эрдогана, еще одного союзника Катара, ХАМАСа и «Хизбаллы». Совет по сотрудничеству в Персидском заливе во главе с Эр-Риадом ввел санкции против «Хизбаллы», а до этого внес «Хизбаллу» в список террористических группировок. В начале августа Бахрейн перекрыл доступ к сайтам, связанным с «Хизбаллой» и «аль-Каидой», а министр связи Бахрейна шейх Фауаз бин Мухаммад аль-Халифа заявил, что положит конец распространению экстремистской идеологии.

В Эр-Риаде, Дубаи и Кувейте настолько раздражены подстрекательством Катара, что дело дошло до демонстративного отзыва послов из Дохи весной этого года. Это была крайняя мера, учитывая, что арабы очень не любят «выносить сор из избы». О Египте и говорить нечего: после переворота в Каире и прихода к власти генерала ас-Сиси, «Мусульманские братья» прячутся по норам, а поддерживающий их Катар превратился в злейшего врага нового «фараона». Деятельность «Аль-Джазиры» в Египте была запрещена, а ее корреспонденты были арестованы за провокации, что вызвало возмущение Запада («права человека» превыше всего).

Каково место Израиля в противостоянии между двумя лагерями? Не нужно было специалистом в высшей математике, чтобы решить уравнение два плюс два: интересы арабских стран и еврейского государства не просто пересекаются – они практически полностью совпадают. И те, и другие стремятся сдержать экспансию Ирана; и те, и другие вынуждены вести изнурительную борьбу с исламскими фанатиками, подстегиваемых и финансируемых Катаром; и те, и другие опасаются турецких амбиций и недовольны мягкотелостью, безволием и лицемерием Запада. Поэтому Египет открыто поддерживает операцию Израиля в Газе, а Саудовская Аравия тайно ведет переговоры с Израилем.

После сближения между Вашингтоном и Тегераном, саудовцы начали негласно, по настойчиво искать взаимодействия с Иерусалимом. В СМИ просачивалась информация, что Саудовская Аравия дала разрешение на пролет в своем воздушном пространстве израильским ВВС, а спецслужбы обеих стран активно обмениваются информацией по Ирану и совместно разрабатывают компьютерный вирус “Super Stuxnet” для нейтрализации иранской ядерной программы. В ноябре прошлого года, во время визита в Израиль президента Франции Франсуа Олланда, Иерусалим тайно посетил бывший шеф разведки Саудовской Аравии принц Бандар бин Султан, а в декабре тайно встречался с главой «Моссада» Тамиром Пардо в Акабе. Тогда же британская «Times» писала о разработке обеими странами совместных планов по атаке иранских ядерных объектов, а ливанская газета «Ас-Сафир» - о совместной операции повстанцев Сирийской свободной армии, Саудовской Аравии, США и Израиля против режима Асада в пригороде Дамаска.

Второй существенный момент – концепция главы израильского МИДа, которую он озвучил на недавней конференции в Герцлии. Суть ее в том, что путь к региональному урегулированию лежит не через решение палестинской проблемы, а через сближение с арабским миром, и для этого сегодня сложились все условия. Арабы, подчеркивал Либерман, необычайно заинтересованы в сотрудничестве с Израилем, в его технологических, военных и разведывательных возможностях, а палестинский вопрос остался на обочине их интересов.

«Я убежден, что Израиль должен вступить в стратегический союз с умеренными арабскими государствами, прежде всего, со странами Персидского залива, и что этот союз должен предусматривать, среди прочего, сотрудничество в сфере экономики и взаимовыгодную торговлю. Способность Израиля экспериментировать, наши новейшие технологии в сочетании с ресурсами стран Персидского залива смогут кардинально изменить ситуацию в регионе. Сегодня на Ближнем Востоке прочерчен новый водораздел: умеренные режимы – по одну сторону, экстремистские – по другую», - сказал он.

Подобно умеренным арабским государствам, Либерман стремится максимально ослабить Катар; его недавний призыв запретить в Израиле деятельность «Аль-Джазиры», как это сделал Египет, - часть кампании по ограничению влияния этого княжества. Либерман также не видит в Абу-Мазене партнера по переговорам, и скорее всего, хочет найти ему замену. Дахлан очень хорошо подходит для роли «сильного человека» в Газе, и можно наверняка сказать, что в качестве такового получит поддержку ас-Сиси. В свою очередь, Эр-Риад, Кувейт и Абу-Даби делают все возможное, чтобы не позволить Катару подорвать позиции Каира и сохранить режим ХАМАСа.

Следует правильно расставить акценты: арабские страны, исходя из специфической религиозной концепции, вряд ли признают Израиль (по крайней мере, в обозримом будущем). Между еврейским государством, с одной стороны, и арабскими монархиями и Египтом, с другой, нет, и не будет большой любви, но это ни в коей мере не мешает сотрудничеству в жизненно важных и для тех, и для других направлениях.

В конечном счете, отношения между государствами и стратегические союзы основываются не на теплых чувствах и эмоциях, а на интересах. Именно интересы подтолкнули США и КНР в 70-е годы выступить единым фронтом против СССР, притом, что Мао грозился «стереть с лица земли американских империалистов».

Насколько обоснованны последние сообщения , мы не знаем, но очевидно, что контакты между Израилем и странами Персидского залива во главе Саудовской Аравией ведутся, и нынешняя информация о переговорах в Париже вполне укладывается в эту схему.

counter
Comments system Cackle
Загрузка...