Развод и девичья фамилия
Фото: Getty Images
Развод и девичья фамилия

Похороны общего списка Ликуда и НДИ были вполне ожидаемы, правда, сегодня задним числом многие аналитики сильны - они утверждают, что время было выбрано неудачно.

Война, простите, никогда не идет по расписанию. Что же касается стратегического союза, за который ратовал политический советник и пиарщик Артур Финкельштейн, предвыборный гуру Авигдора Либермана, а ранее – Нетаниягу, то эта уния с момента возникновения вызывала недоумение многих. Но Либерман, встретившись в Нью-Йорке с Финкельштейном, предложил создать объединенный список и даже аргументировал какими-то опросами, согласно которым гарантировалось 38 совместных мандатов. В политике не всегда победный итог достигается простым сложением, и вот вам обескураживающий результат – 31 место в Кнессете, из которых 11 отошло к НДИ. Время для Ивета было не самое благоприятное, над ним висел дамоклов меч судебного разбирательства по его делу, но даже в этой ситуации ему удалось добиться для своей фракции 5 министерских портфелей – то есть, почти по два мандата на министра. В Ликуде же на министерский пост приходилось 3 мандата.

Учитывая непомерные амбиции всех ликудовских принцев и нуворишей от праймериз, закипели нешуточные страсти. Целая группа политиков считает себя прямыми наследниками Нетаниягу, правда, Биби пока об этом не догадывается. Но Гидеон Саар, Гилад Эрдан, Буги Яалон, а также набирающие силу Зеэв Элькин, Ярив Левин и Дани Данон почувствовали себя ущемленными и решительно выступили против этого союза. Они его однозначно осудили, и только ценой титанических усилий Нетаниягу сумел отклонить все возражения по юридическим мотивам. Но устав Ликуда, дающий свободу конференции, Биби изменить не смог. Фронда не позволила премьеру стать председателем партии, следовательно, и тут не удалось заткнуть противников и получить право на автоматическое формирование правительства по собственному усмотрению.

Главной целью Нетаниягу в пользу союза было в перспективе создание самой крупной партии, которую не догонит ни один из возможных политических соперников. Такой совместный список, верил Биби, позволит держать в узде внутреннюю оппозицию.

Честно говоря, не все в НДИ при внешней демонстративной поддержке вождя были настроены на превращение «Нашего дома» во второй Ликуд и поглощение его первым.

Приход в НДИ политиков с ивритской улицы: Узи Ландау, который смотрится абсолютно некомпетентным в должности министра туризма после Мисежникова, и особенно - безликого министра сельского хозяйства Яира Шамира - и функционеров на местах, и русскоязычного избирателя в целом заметно огорчил. Вот, положа руку на сердце, скажите, кого из министров НДИ вы запомнили: министра абсорбции Софу Ландвер и замминистра внутренних дел Фаину Киршенбаум, которые были наиболее активны, или этих двоих? Да и к осторожному министру внутренней безопасности Ицхаку Ароновичу, боящемуся провести назревшие реформы в полиции, у общества тоже немало претензий.

В последние недели в отношениях Либермана и Нетаниягу наметилось похолодание. Либерман понял, что его шансы унаследовать кресло Биби во главе объединенного Ликуда малореальны. К тому же Либерман и Нетаниягу уже не действовали сообща.

Разногласия усилились сразу после похищения трех ешиботников, и этот конфликт дошел до СМИ. Ивет обвинил Биби в излишней сдержанности в отношениях с ХАМАСом и отсутствии адекватной реакции на обстрелы из Газы. Биби, в свою очередь, отреагировал болезненно и заявил, что если бы глава МИДа чаще посещал заседания узкого кабинета, он бы к таким выводам не пришел. Министру иностранных дел оставалось только парировать, что он был слишком занят международными проблемами и подготовкой визита в Африку. Почувствовав, что Биби его игнорирует, он буквально на следующий день сообщил о решении немедленно прекратить союз с Ликудом. Но было подчеркнуто, что НДИ, уже не входящая в единую фракцию с партией власти, продолжает оставаться в коалиции.

Полагают, что Либерман явно поторопился с этим драматичным заявлением и не дождался, когда кабинет объявит о начале операции «Нерушимая скала». В прессе Либерман подвергся критике за то, что выбрал самое неудачное время для прекращения союза. Внешне это так и выглядит, потому что глава правительства, беря на себя всю ответственность за военную операцию, естественно, становится самым популярным человеком в стране, и ему на время готовы простить все огрехи в остальных сферах нашей жизни.

Безусловно, итоги операции в Газе окажут важное влияние на политику. Но кто сказал, что из военных операций последних лет все наши премьеры и министры обороны выходят увенчанные исключительно лаврами? Кто сказал, что это правительство, в отличие от всех предыдущих, продержится полную каденцию? Если взять во внимание два последних обстоятельства, то, может быть, Либерман не так уж поторопился.

counter
Comments system Cackle
Загрузка...