Руки прочь от крокодилов!
Фото: mnenia.zahav.ru
Руки прочь от крокодилов!

Сказать, что жизнь несовершенна – ничего не сказать. Чтобы хоть немного ограничить инициативу индивидов, стремящихся сделать ее еще хуже, спохватившееся человечество придумало законы.
 
И когда естественные желания украсть, попрелюбодействовать или хотя бы перейти улицу в неположенном месте вступали в противоречие с законом, последнее слово все-таки оставалось на стороне закона. Но иногда противоречия бывают столь неоднозначны, что закону даже рот неловко открыть для оглашения этого слова.

Летом перед судом города Эверглейдс в штате Флорида предстал 63-летний Воллейс Везерхолт (Wallace Weatherholt), нарушивший законы штата, запрещающие кормление животных в национальном заповеднике. Проблема, сорвавшая рутинное судебное разбирательство, заключалась в том, что крокодил, которого нарушитель пытался угостить живой рыбой, вместе с угощением откусил кормильцу руку. Суд столкнулся с непростым юридическим казусом. Поскольку крокодил не имел никаких полномочий и действовал вне пределов судебных норм, не представлялось возможным признать подозреваемого уже наказанным и освободить от повторного наказания. К тому же сам крокодил, с точки зрения суда, являлся пострадавшим, т. к. был задержан работниками заповедника на месте преступления и усыплен. После чего незаконно присвоенный орган был извлечен из него методами, несовместимыми с дальнейшим пребыванием рептилии в заповеднике. Нельзя привлечь к ответственности и администрацию заповедника, сделавшую все возможное для ликвидации последствий инцидента вместе с его виновником, или медицинских работников, которые честно, хотя, увы, и безуспешно, пытались пришить откушенное.

Еще труднее пройти по тонкой грани между чувством и законом, когда чувство становится массовым, а соблюдение закона отслеживается с крокодильей реакцией. В такой ситуации оказался на днях один из лидеров российской оппозиции Алексей Навальный, баллотировавшийся недавно на пост московского градоначальника. Отказавшись принять участие в проходившем 4 ноября «Русском марше», политик тем не менее призвал сторонников участвовать в этом «нормальном шествии консервативных граждан».

Собственный отказ с обескураживающей невинностью он мотивировал тем, что не хочет «идти в толпе из 140 фотографов и операторов, старающихся снять меня на фоне зигующих школьников». По-человечески это понятно. Одно дело пообещать избирателям изгнать из исконно русской столицы всех таджиков кавказской национальности и совсем другое – возглавить толпу, уже готовую участвовать в исполнении этого обещания. А «Русский марш», в котором Навальный хаживал с 2007 года, давно уже превратился из «нормального шествия», каким его хотелось бы видеть политику, в неонацистское беснование с соответствующими лозунгами, свастиками и стихийными погромами.

Тому, кто располагает историческими сведениями хотя бы в рамках средней школы, довольно трудно представить какой-либо другой вектор националистического движения в многонациональной стране. А те, кто увлеченно поддерживал не скрывавшего своих убеждений Навального на недавних выборах, как правило, оперируют даже более широкими историческими сведениями. Правда, на этот раз посетители московского националистического заповедника успели вовремя отдернуть руку. Но политическая карьера Навального только начинается. Суд Истории может пока отложить очередное заседание.

Впрочем, Историю все чаще приглашают на суд не в роли судьи, а в роли свидетеля. А это чревато непредсказуемыми последствиями, поскольку никогда нельзя быть уверенным, в чью пользу она будет свидетельствовать – истца или ответчика.

Так, например, показания, зафиксированные в Библии и бесспорно признаваемые не только иудаизмом, но и христианством, и исламом, свидетельствуют, что на протяжении 1000 лет на Храмовой горе в Иерусалиме размещался Иудейский храм, еще три тысячелетия назад построенный царем Соломоном. В 586 г. до н. э. Храм был разрушен вавилонским полководцем Навуходоносором (Nebukadnezar II), снова восстановлен и снова разрушен в 70 г. н. э. римским императором Титом (Titus). Храмовая гора всегда была главной святыней для евреев, но с появлением ислама и началом исламских завоеваний на ней были построены мечети Аль-Акса и Кубат ас-Сахра. Площадка Храма в Иерусалиме, наряду со святынями Мекки и Медины, стала объектом поклонения для мусульман всего мира. Все это – исторические факты, подтвержденные многочисленными археологическими данными и признаваемыми независимо от религиозных воззрений историков.

Храмовая гора открыта для посещения туристов, но вот религиозным евреям запрещено там не только молиться или вносить на гору предметы культа, к каковым причисляется, например, кипа или талит, но даже закрывать глаза. Это приравнивается к молитве и наказывается выдворением под гору. А уж вынесенный недавно на обсуждение партией «Байт Иегуди» законопроект о введении постоянных часов для молитвы евреев на Храмовой горе, стал поводом для шумного скандала. В отличие от посетителя Эверглейдского заповедника, депутаты Кнессета все-таки пытаются узаконить процесс кормления рептилий, прежде чем соваться в заповедные воды. В конце концов, идеи толерантности не чужды даже исламу, а уважение к религиозным ценностям – это то, что мусульмане требует от толерантного Евросоюза, и жестоко расправляются с теми, кто не уважает.

Но аргументы авторов законопроекта не подействовали. Арабские законодатели не смогли преодолеть своих чувств и попросту отказались рассматривать свидетельства Истории, заявив, что никакого Иудейского Храма вообще никогда не существовало. На всякий случай еще и пригрозили новой интифадой. А уж против этого аргумента даже История бессильна. В палестинском заповеднике международная справедливость всегда на стороне крокодилов.

counter
Comments system Cackle