Авторитет умер
Фото: Getty Images
Авторитет умер

Кончина Овадьи Йосефа, духовного авторитета выходцев из восточных стран вызвала самые противоречивые отклики в обществе. Около миллиона израильтян потянулись в Иерусалим, чтобы проводить раввина в последний путь. Еще больше его почитателей выражали свою скорбь по месту жительства. А вот прощальные слова, разлетевшиеся по просторам Рунета, зачастую даже неудобно цитировать. Неприязнь, летевшая вдогонку покойнику, в свою очередь вызвала осуждение у русскоязычной интеллигенции, а один уважаемый этой интеллигенцией раввин даже в сердцах заявил, что неуважительно относиться к усопшему могут только «невежды и мрази». 

Вообще оскорбления в адрес репатриантов – выходцев из России уже стали нормой для израильских авторитетов. «Ослы», «прислужники», прочие выражения покойного, которые цитируют СМИ, заметно обогатили язык межобщинных связей. Но не будем отвечать покойному раввину и его последователям. Не будем вообще отвечать. Проблема, обострившаяся со смертью религиозного авторитета, вызывает больше вопросов, чем ответов. Некоторые из этих вопросов, давно уже зревших, попробуем сформулировать. 

В 1924 году, когда родители четырехлетнего Абдаллы Юсуфа решили перебраться из Багдада в Эрец Исраэль, среди прочих опасений, всегда сопутствующих эмиграции, было, естественно, и беспокойство за детей. Как примут семью высокомерные иерусалимские евреи, поколениями жившие в городе Давида и Соломона? Не будут ли дразнить «вонючими арабами»? Не будут ли смеяться над чужими именами и привычками, прилипавшими в мусульманской среде даже к самым чистокровным и правоверным? Не будут ли подвергать сомнению еврейство этих пришельцев в тюрбанах и галабиях? Имя Абдалла Юсуф мальчику поменяли на Овадья Йосеф, но опасения оказались преувеличенными. Эрец Исраэль, в начале прошлого века жившая сионистскими идеями, была открыта всем, кто называл себя евреем. До унизительных всенародных выяснений – кто больше еврей, а кто меньше, характерных для нашего времени, не доходило. Неужели это никак не повлияло на азиатские нравы? 

А может быть, теперь пришло время задать эти вопросы? Сколько чистокровных евреев среди сотен тысяч выходцев из стран Азии и Африки, чьи предки веками ассимилировались в арабских, турецких, персидских, марокканских обществах? Их больше, чем в русскоязычной общине или меньше? После изгнания евреев и арабов из Испании в XV веке переходы из ислама и иудаизма в христианство и обратно были нормой. Пути изгнанников, искавших лучшей доли под сенью церкви или мечети, а впоследствии вернувшихся в синагогу, проследить невозможно. Так сколько сегодняшних сефардов являются потомками этих беженцев, не прошедших даже облегченного гиюра? Или не будем поднимать тему? 

Овадью Йосефа называют крупнейшим знатоком Торы со времен Йосефа Каро, издавшего в 1565 году «Шульхан Арух». Этот свод еврейских законов и по сей день объединяет евреев всего мира. Что же оставил после себя мудрец, философ, судья, лауреат Государственной премии Овадья Йосеф? Партию ШАС, все силы которой уходят на то, чтобы отнять у своих братьев кусок пожирнее и оттеснить их от кормушки? Оговорить, оскорбить, обмануть – для ШАСа все средства хороши. Можно, конечно, предположить, что Арье Дери, отмотавший срок за мошенничество, расплатился за всех, но последуюший опыт «ШАС-контроля» не дает оснований для такого предположения. Нет сомнений, почивший был крупнейшим знатоком Торы. Но с грустью приходится признать, что никто другой не оттолкнул стольких русскоязычных репатриантов от религии, превращенной в доходное ремесло, как этот почтенный и уважаемый человек. 

Если площадные высказывания Овадьи Йосефа окупаются его близостью к Священной книге, то сотни тысяч его последователей повторяют эти и еще более грубые слова, оглядываясь не на книгу, а на самого раввина. Мог ли мудрец Торы не понимать, что сефардская улица будет плодить ненависть, прикрываясь его, раввина, словами о русских недоеевреях? Если мудрец этого не понимал, можно ли его считать мудрецом? А если понимал и поощрял, то кем его считать? 

Но может быть, не должен духовный лидер нести ответственность за свою паству, не наделенную мудростью Книги книг? Аргумент известный, прицепляемый сегодня и к другим «авторитетам» прошлого. Вроде бы, Сам и мухи не обижал, но священный «фас» вождя зачастую стоил жизни десяткам миллионов. В Израиле «хорошие» евреи пока не убивают «плохих», а только оскорбляют и обирают. Политическая партия, присосавшаяся к государственным и муниципальным бюджетам и оправдывающая свою алчность авторитетом мудреца, давно освободила себя от любых обязательств перед людьми, которых привезло сюда государство, называющее себя сионистским и еврейским. Они ж не евреи, а «ослы, прислуживающие евреям», как говорил рав Овадья. 

Грязные махинации за спиной у духовного авторитета не прекращаются и после его смерти. Уже на следующий день после похорон Совет мудрецов Торы опубликовал распоряжение покойного: на выборах иерусалимского мэра следует голосовать за Моше Лиона. Распоряжение по понятным причинам не подписано самим Овадьей Йосефом, но это никого не смущает. Раввины говорят – надо верить. Проблема с верой заключается только в том, что агрессивная и лживая предвыборная кампания этого самого Моше Лиона построена на обвинениях нынешнего мэра Нира Барката в связях с… раввинами. Нир Баркат, при котором Иерусалим впервые за десятилетия хоть немного вздохнул от религиозного засилья, который, будучи человеком не бедным, получает в мэрии символическую зарплату в 1 шекель, мэр, при котором количество проектов в нерелигиозном секторе увеличилось в разы, выставляется избирателям отпетым мракобесом. И эта самая партия мракобесов почему-то поддерживает Моше Лиона именем своего авторитета. Знатока Торы. Мудрейшего из мудрых. Недопонимание которого делает недопонимающего «невеждой и мразью».  

И тут пора задать главный вопрос: если даже бесспорный авторитет сыграл в израильском обществе такую зловещую роль и продолжает играть ее после смерти, нужны ли вообще духовные авторитеты этому обществу? Может быть, оно уже в состоянии обходиться без средневековых наместников Бога на земле? Может быть, опыт мировой цивилизации в сочетании с мудростью Торы в состоянии обеспечить Израилю разумное государственное устройство и функционирование законов? И может быть, пришло время отделить религию от государства и законодательно запретить служителям культа участвовать в управлении страной? 

Разумеется, продолжая при этом сверять текущую политику с законами Вечной книги. Нашей Книги, читатель. Тора-то, слава Богу, осталась. А человек, который, используя ее мудрость, натравливал одних соплеменников на других, ушел. И хотя он оставил дурное наследие, пусть земля ему будет пухом.

counter
Comments system Cackle