Скованный Запад, распущенный Восток?
Фото: Shutterstock.com
Скованный Запад, распущенный Восток?

Европа считалась когда-то оплотом чопорности, а Восток сулил эротичную распущенность. Но теперь это уже не так. Автор достойной внимания книги о сексуальной стороне жизни в арабском мире выступает за более гуманный подход к сексуальности.

Начнем со взгляда иностранца - открытого, точнее, нет, стремящегося к наслаждению. Француз Флобер в середине 19 века объездил Египет, проводя время в борделях в обществе тучных проституток кофейного цвета, на стриптизе, массаже или же в отделении больницы по лечению сифилиса.

Один юноша предложил ему: «Если Вы дадите мне пять пара, - это меньше, чем один пиастр, - я приведу к Вам свою мать для занятий сексом. Желаю Вам всего самого хорошего, а прежде всего, длинной штуковины».

Сегодня известно, что Европа в те времена была оплотом чопорности и оставалась таковой до 20 века. Восток выглядел совсем иначе. Как писал Эдвард Саид, Восток был местом, где искали сексуальный опыт, который был немыслим в Европе. Скованный Запад, распущенный Восток?

Шерин Эль Феки обращается в своей книге «Секс и цитадель» к арабскому источнику, который утверждает, что существовала и обратная картина.

Имам Рифа Рафии аль-Тахтави из Верхнего Египта еще за 20 лет до поездки Флобера в Египет, отправился во Францию. Это была образовательная программа, финансируемая государством. Хотя он считал благонравие француженок весьма относительным понятием, вместе с тем он с почтением отзывался об уважительном отношении французов (уже тогда!) к гомосексуалистам.

Чопорность как преимущество

Некоторые арабские мыслители 19-го и 20-го веков полагали, что отсталость их общества связана, прежде всего, с распущенностью. Чопорность Запада считалась, напротив, преимуществом.

Так, осмысление будто бы настоящего ислама сопровождалось неприятием чувственного наслаждения. Сегодня, такова парадокс истории, скованная сексуальная мораль арабского мира является распространенным тезисом пропаганды, враждебной по отношению к исламу (или иностранцам в целом), на Западе.

Феки приводит многочисленные доказательства взаимосвязи между сексуальной открытостью и культурным расцветом ислама. 1000 лет назад исламские философы обсуждали аспекты сексуальной сферы так же основательно, как и теологические вопросы. Большое количество эротической литературы радовало не только придворных. «Проявление сексуальности было своеобразной молитвой, проявлением себя, актом любви к ближнему», - цитирует автор тунисского социолога Абдельвахаба Боухдибу. Секс и ислам не противоречат друг другу, заключает автор.

А теперь, они это делают, насколько позволяет выход за «стены цитадели», в рамках  одобряемого обществом, поддерживаемого государством, разрешенного религией института брака. И даже среди находящихся в браке людей зачастую господствует незнание, психологическое давление и фрустрация. Это и будет так продолжаться? Или же политические преобразования  в арабском мире коснутся и социальной жизни? Этот вопрос автора выглядит, скорее, безнадежным.

Смогут ли преобразования пошатнуть основы мира, в котором большинство мужчин и женщин считают приемлемым, когда муж бьет жену, если та отказывает ему в близости; в котором, как и прежде, у 80 процентов женщин гениталии изуродованы, потому что женское удовольствие считается опасным.  «Как мы видим по спутниковым каналам, женщина может одновременно спать с тремя мужчинами и, тем не менее, не быть удовлетворенной», - цитирует Феки молодого египтянина.

Феки, дочь валлийки  и египтянина, выросла в Канаде. Она живет в Лондоне и Каире и не скрывает, что обращается к этой темы с точки зрения доброжелательно настроенной иностранки, увлеченной медициной.

Будучи иммунологом, она работала в комиссии ООН по ВИЧ. Благодаря своей открытости ей удалось сделать интересные выводы. Ей встречались сексологи, ультраконсервативные шейхи, жены, которых били мужья, надменные мужчины, геи, лесбиянки, транссексуалы. Этой работой она занималась многие годы. Не все было для нее ново, но некоторые моменты, мягко говоря, поражали.

СМС о потере невинности

О том, что честь девушки и ее семьи зависит от сохранения невинности до первой брачной ночи, известно давно. Но о том, что процесс потери девственности становился в Египте практически событием общественного достояния - когда не жених, а «дайя», местная целительница, в присутствии матерей пронизывает плеву либо пальцем, либо покрытой белым платком бритвой, знают немногие.

С развитием технического прогресса мало что изменилось. Один адвокат из Каира попросил своего зятя направить ему сразу после дефлорации смс о том, было ли, как и положено, кровотечение. Из-за непрекращающегося потока смс и звонков жених так разволновался, что даже пытался отвести невесту в день свадьбы в кино. В результате, телефон был отключен, и пара смогла продолжить брачную ночь.

Феки встречается с проституткой, которая вне рабочего времени ходит, укутанная в хиджаб, и не видит в этом никакого противоречия. Другая жрица любви, которая ей встречается, обслуживает саудовских туристок. Автор описывает мужчину, который дает взятки виагрой; распространенные методы аборта, когда женщине вводится инъекция, после чего ее продолжительно бьют по спине и животу, пока не оторвется плод. После этого ее с выкидышем отправляют в больницу.

Она пишет без язвительности, с пониманием невежественности людей в сексуальных вопросах, которая до недавних времен имела место и на Западе, о пропасти между человеческими потребностями и представлениями о морали, которая заметна во всем регионе.

Конечно, можно высказать некоторые замечания по поводу книги. В заглавии упоминается весь арабский мир, а речь идет в основном о Египте. Или, например, хотя Феки приводит здравые аргументы, в некоторых случаях эмпирическая основа складывается из анекдотических случаев. В ходе описания слог автора зачастую скатывается в непристойный, как, например, «Флобер трахался вверх по Нилу». Западных секс-туристок она описывает, как «стаю женщин двадцати и тридцати лет, которые врываются в поля покорных молодых великанш».

В целом, книгу нужно воспринимать скорее как журналистское эссе, нежели как научное исследование.

Большое значение имеет и время написания книги. Значительная ее часть написана под впечатлением от последних лет правления Мубарака и освобождения от тирании. Исламисты только успели поднять свои головы, когда книга выходила в печать. Между тем, надежды на большую открытость в Египте не сбываются. Напротив, минимальный возраст для заключения брака, контроль рождаемости, борьба против уродования женских гениталий среди правящих исламистов и их еще более консервативных партнеров расцениваются как западное заимствование, противоисламский, противоарабский элемент и пережиток эры Мубарака.

Развитие общества продолжительнее диктатуры

В трудные времена египтяне полагались на религию, пишет Феки. А сейчас времена - более чем сложные.

Вместе с тем, процесс развития общества продолжительнее, чем срок полномочий правителей или даже диктатура. То, что арабский мир, и прежде всего Египет, будет развивать западные сексуальные представления – такую возможность автор исключает. Но если бы люди проявляли более гуманный подход к сексуальности, что разрешается в исламе и было характерно на протяжении веков, многие бы от этого выиграли.

Соня Зекри, "Sueddeutsche Zeitung", Германия

counter
Comments system Cackle