Становление "Ликуда" как правящей партии: размышления о новом правительстве Нетаниягу
Фото: Getty Images
Становление "Ликуда" как правящей партии: размышления о новом правительстве Нетаниягу

Союз партий "Ликуд" и "Наш дом - Израиль", получивший всего 31 мандат из 120, сумел сохранить за собой важнейшие посты в правительстве. Такой ситуации не было фактически с 1984 года, ибо "Ликуду" всегда приходилось отдавать значимые посты различным коалиционным партнерам. Сам Биньямин Нетаниягу в 2009-м отдал коалиционным партнерам и Министерство обороны, и Министерство иностранных дел, и МВД. В нынешнем же кабинете все эти посты заняли представители возглавляемого Нетаниягу блока. То есть, фактически "Ликуд" стал полноценной правящей партией.
 
Как известно, в ходе консультаций с президентом Израиля кандидатуру Биньямина Нетаниягу на пост премьер-министра поддержали 82 из 120 депутатов Кнессета. Однако во всем, что касалось персонального состава кабинета, ясности не было почти два месяца: Нетаниягу поддержали представители разных партий, желавших войти в его правительство, но категорически не согласных присутствовать там рядом друг с другом. Коалицию удалось сформировать только к 18 марта (парламентские выборы прошли 22 января), после чего министры были приведены к присяге. Внимательное рассмотрение процесса формирования коалиции, а также персонального состава правительства, позволяет сделать ряд важных выводов, которыми мне кажется уместным поделиться с читателями "Хадашот".

Впервые за многие десятилетия в Израиле было сформировано правительство без ортодоксальных партий. На протяжении почти тридцати лет такие партии, как "Еврейство Торы" и ШАС, вместе или хотя бы одна из них, входили во все правительства Израиля, за исключением кабинета во главе с Шимоном Пересом, сформированного после убийства Ицхака Рабина в ноябре 1995 года. Сейчас Нетаниягу представил кабинет без ортодоксов (очень хотевших сохранить свои посты как в правительстве, так и в комиссиях Кнессета), чье участие было заблокировано другими коалиционными партнерами, коих оказалось достаточно, чтобы сформировать правительство без харедим.

Невозможно переоценить значение данного, не побоюсь этого слова, переворота. Десятилетиями существовала концепция двублоковой структуры израильского парламентаризма: с одной стороны - правоцентристский "Ликуд", праворадикальные и религиозные партии, с другой - Партия труда, левоцентристские, леворадикальные и арабские списки. Именно так долгие годы воспринималась израильская политика, и именно по этому принципу формировались почти все коалиции в стране на протяжении многих лет. Сейчас эта модель разорвана.

Во-первых, оказалось, что "Ликуд" может обойтись и без религиозных партнеров. До сих пор именно невозможность прихода к власти "Ликуда" без помощи ортодоксов была ахиллесовой пятой этой партии, чем пользовались конкуренты, в особенности на русской улице, эксплуатируя лозунг: "Голосуешь за Нетаниягу - получаешь ШАС". Сегодня эта контрпропаганда нерелевантна, "Ликуд" избавился от ультимативной зависимости от религиозных партий.

Во-вторых, прежде религиозные партии всегда знали, что если к власти приходит лидер "Ликуда" (будь то Менахем Бегин, Ицхак Шамир или Биньямин Нетаниягу), то в их правительстве они могут на многое рассчитывать (не случайно в 1996 году едва ли не наиболее активным агитатором за Нетаниягу было движение ХАБАД, ведшее кампанию под лозунгом "Нетаниягу - это хорошо для евреев"). Теперь лидеры этих партий убедились, что глава "Ликуда" может выиграть выборы, но им при этом ничего не "перепадет".

Этот расклад фактически меняет всю карту израильской политики.

Во-первых, те светские избиратели, которые не хотели голосовать за "Ликуд" именно потому, что не желали жить в стране, где важную роль играют ультраортодоксы, теперь могут переосмыслить модель своего электорального поведения: отныне, голосуя за "Ликуд", они голосуют именно и только за "Ликуд", без каких-либо неизбежных "нагрузок".

Во-вторых, лидеры и избиратели религиозных партий осознали, что могут рассчитывать только на себя, никаких "естественных союзников" во власти у них нет. Это особенно болезненно для партии ШАС, вернувшей в свои ряды многолетнего лидера Арье Дери. В 2000-2002 гг. Дери отсидел в тюрьме по обвинению в коррупции, но, как считали в партии, сохранил доверительные отношения с лидерами блока "Наш дом - Ликуд" Нетаниягу и Либерманом, что должно было помочь ШАС добиться больших уступок в ходе коалиционных торгов. По факту же Дери ничего не смог сделать, и партия, имевшая в 2009-2013 гг. четырех министров в кабмине, на этот раз осталась за бортом.

Союз партий "Ликуд" и "Наш дом - Израиль", получивший всего 31 мандат из 120, сумел сохранить за собой важнейшие посты в правительстве. Такой ситуации не было фактически с 1984 года, ибо "Ликуду" всегда приходилось отдавать значимые посты различным коалиционным партнерам. Так, в правительстве Ицхака Шамира, в 1986-1988 гг., посты министров обороны, иностранных дел, образования и культуры занимали представители Партии труда Ицхак Рабин, Шимон Перес и Ицхак Навон; в 1988-1990 гг. изменилось лишь то, что Шимон Перес был переведен из МИДа в Министерство финансов, остальные социал-демократы остались на своих местах. Возглавив правительство в 2001 году, Ариэль Шарон вынужден был отдать посты министров обороны и иностранных дел тогдашним лидерам Партии труда Биньямину Бен-Элиэзеру и Шимону Пересу, а должность главы МВД - председателю ШАС Эли Ишаю. В 2009-м Биньямин Нетаниягу отдал коалиционным партнерам и Министерство обороны, и Министерство иностранных дел, и МВД. В нынешнем же кабинете все эти посты заняли представители возглавляемого Нетаниягу блока. То есть, фактически "Ликуд" стал полноценной правящей партией.

Биньямину Нетаниягу удалось навязать главе партии с патетическим названием "Есть будущее" Яиру Лапиду пост министра финансов. С моей точки зрения, это - неимоверный макиавеллистский успех главы правительства: он сумел заставить политика, источник силы которого - в социальных протестах 2011 года, взять на себя ответственность за грядущее масштабное сокращение государственного бюджета и повышение налогов. Напомним, что парламентские выборы в очередной раз прошли в Израиле досрочно, и причиной стала именно неспособность правительства добиться принятия Кнессетом секвестра бюджета, который обсуждается и сейчас.

Будучи лидером второй по численности фракции в коалиции, Яир Лапид оказался в цугцванге: в Израиле традиционно наиболее значимыми считаются посты министров иностранных дел, обороны и финансов, и глава фракции из 19 депутатов, конечно, мог претендовать на один из них. Из-за вето, наложенного Либерманом, надеющимся вернуться в МИД после окончания судебного процесса, Яир Лапид не смог занять пост министра иностранных дел; на должность министра обороны он не претендовал изначально. Таким образом, из трех наиболее значимых "портфелей" в правительстве остался только минфин. 

Понятно, что для руководства любым министерством нужны знания, профессиональная компетенция и опыт, но в Министерстве финансов это особенно важно: фактически именно это ведомство определяет параметры деятельности всех остальных. У профессионального телеведущего-денди Яира Лапида нет не только опыта работы в Кнессете и в правительстве (собственно, весь список его партии был сформирован им практически единолично из людей, не имеющих такого опыта, что позволило позиционировать "Еш атид" как "партию, чуждую политиканству"), но нет и опыта руководства финансовыми или промышленными компаниями. Человек, не имеющий экономического образования, возглавил главное экономическое министерство страны. В партии Яира Лапида есть специалист, чей опыт, конечно, более релевантен для руководства Министерством финансов: речь о бывшем руководителе Общей службы безопасности Яакове Пери, в 1995-2003 гг. занимавшем пост генерального директора компании "Селком", а позднее возглавлявшем советы директоров целого ряда фирм и организаций, в том числе банка "Мизрахи-Тфахот". Однако дарить важнейший из полученных в ходе коалиционных торгов пост пятому номеру в списке Яир Лапид не собирался; в конце концов, не для того он шел в политику, чтобы отдать плоды своей победы кому-то другому. В итоге 69-летний Яаков Пери, никогда не занимавшийся исследовательской работой, получил пост министра науки, а Министерство финансов Яир Лапид оставил за собой.

Яир Лапид стал министром финансов, а член его фракции, экс-командующий Иерусалимским округом полиции Микки Леви был утвержден его заместителем; оба совершенно некомпетентны в деятельности ведомства, которое возглавляют. Поскольку несоответствие между профессиональной биографией министра и его заместителя (если таковой вообще назначается - Израиль в этом смысле разительно отличается от Украины или России, где у каждого министра - по 5-7 заместителей), с одной стороны, и сферой ответственности министерства, с другой, имеет место в Израиле повсеместно, то традиционно фактическим руководителем министерства считается его генеральный директор. Однако даже своего кандидата на этот пост у Яира Лапида не оказалось, чем Нетаниягу и воспользовался, предложив на эту должность кандидатуру прежде уже работавшей там, хотя и на менее значимых позициях, Яэль Эндорен. В СМИ отметили, что она стала первой женщиной на этом посту в истории Израиля, однако куда важнее то, что ключевым периодом ее работы в Минфине были годы, когда она была заместителем заведующего бюджетным отделом - министром финансов был тогда никто иной, как сам Нетаниягу. Фактически сложилась ситуация, при которой Биньямин Нетаниягу отдал Лапиду пост министра финансов лишь номинально, по сути сохранив за собой полный контроль за выработкой политики в бюджетно-финансовой сфере.

Газетные заголовки, обвиняющие его в бесчувственности к тяготам сотен тысяч семей, бьют по новому министру финансов - и он же выступает главным рупором курса на бюджетные сокращения, к выработке которого он, если честно, не имел и не имеет отношения. Обсуждается же не то, сокращать бюджет или нет (вообще-то,  в ходе массовых социальных протестов 2011 года, на гребне волны которых и добилась успеха партия Яира Лапида, демонстранты требовали прямо обратного), а лишь как именно его сокращать: предлагается сокращение расходов на нужды обороны примерно на миллиард долларов; еще миллиард предлагается сэкономить, сократив и без того мизерные пособия на детей (это нанесет особенно тяжелый удар по двум наименее обеспеченным секторам израильского общества -  иудейскому ортодоксальному и арабскому);  планируется урезать бюджеты всех министерств на 2-5%, а также сократить набор кадров на госслужбу. Одновременно речь идет о повышении уже существующих налогов, подоходного и НДС, на один процент, а также о введении новых налогов. Кроме того, с целью хоть как-то компенсировать вопиющую дороговизну туристических услуг в городе Эйлат на берегу Красного моря в сравнении с соседними курортами Таба (Египет) и Акаба (Иордания), товары и услуги, реализуемые в Эйлате, освобождены от уплаты НДС, и  эту льготу также предлагается отменить. Трудно сказать, что именно из этого будет реализовано (речь идет о суммарном сокращении бюджета и/или повышении налогов на четыре-пять миллиардов долларов), в каком объеме и в какие сроки, но очевидно одно: фактически Нетаниягу предопределил Яиру Лапиду повестку дня, заставив его проводить совсем не тот курс, на который рассчитывали голосовавшие за него избиратели.

Насколько все это хорошо для страны, сказать невозможно: экономические проблемы, например, в Греции, Исландии, на Кипре, в Латвии и в Италии, решались очень и очень по-разному, и нужно время, чтобы понять, какой из выбранных путей - наилучший из возможных. Однако политические последствия сложившейся ситуации очевидны уже сейчас...

counter
Comments system Cackle