Держитесь подальше от сирийского болота
Фото: Getty Images
Держитесь подальше от сирийского болота

По мере того, как сирийское правительство делает все более отчаянные и жестокие усилия, чтобы удержать власть, призывы к военному вмешательству, как это произошло в Ливии, слышатся все более настойчиво. Несомненно, этот курс является морально привлекательным. Но должны ли западные страны следовать ему? Я считаю, что нет.

Призывы к действию относятся к трем основным категориям: беспокойство мусульман-суннитов за своих единоверцев, заботы общего гуманитарного характера о прекращении пыток и убийств, и беспокойство о геополитических последствиях продолжающегося конфликта. Первые два мотива могут быть разрешены достаточно легко. Если суннитские правительства – особенно Турции, Саудовской Аравии и Катара – решат вступиться за суннитов против алевитов, это их прерогатива, но западные государства не должны вмешиваться.

Общие гуманитарные соображения сталкиваются с проблемами достоверности, целесообразности и последствий. Похоже, что некоторые злодеяния лежат на совести победоносных повстанцев. Западные избиратели не готовы предоставить жизни и средства, необходимые для гуманитарной интервенции. Такая интервенция должна была бы принести быстрый успех, скажем, в течение года. Правительство-преемник может оказаться (как в случае с Ливией) даже хуже, чем существующий тоталитарный режим. В совокупности все эти факторы убеждают не торопиться с интервенцией.

С точки зрения Запада внешнеполитические интересы должны иметь приоритет, потому что страны Запада не могут себе позволить рассматривать Сирию только из соображений беспокойства за сирийцев. Они должны подходить стратегически, ставя приоритетом собственную безопасность.

Роберт Сатлофф (Robert Satloff) из Вашингтонского Института по ближневосточной политике отметил в журнале New Republic, каким образом сирийская гражданская война может представлять опасность для интересов США: режим Асада может потерять контроль над своим арсеналом химического и биологического оружия, война может привести к новому восстанию курдской РПК против Анкары, или к регионализации конфликта вследствие давления на палестинское население Иордании, Ливана и вдоль границ Израиля, или к восстанию ливанских суннитов, что в свою очередь приведет к возобновлению гражданской войны в Ливане. Суннитские джихадисты превратят Сирию в ключевое звено глобального исламистского терроризма – граничащее с НАТО и с Израилем. Кроме того, он обеспокоен тем, что конфликт затянувшийся дает исламистам больше возможностей, чем свернутый быстро.

На это я отвечаю: да, с ОМУ может произойти что-то непредсказуемое, но я буду беспокоиться больше, если оно попадет в руки исламистского правительства-преемника. У Запада есть проблемы посерьезнее, чем возобновление восстания РПК против враждебной им власти в Турции или усиление напряженности между суннитами и алевитами. Изгнание палестинцев вряд ли дестабилизирует Иорданию и Израиль. В уже балканизированном Ливане царит беспорядок, но, в отличие от периода 1976-91 гг., местная междоусобная борьба затрагивает интересы Запада незначительно. Хоть Сирия – не идеальное поле битвы, почему бы не позволить глобальному джихаду воевать там до смерти с Пасдараном (Корпус стражей иранской революции)?

Работает ли время против западных интересов: даже если сирийский конфликт закончится сегодня, я не вижу никаких надежд на формирование там многонационального и многоконфессионального правительства. Раньше или позже после того, как Асад и его очаровательная жена сбегут, скорее всего, исламисты захватят власть, сунниты станут мстить, и региональная напряженность будет разыгрываться внутри Сирии.

Свержение режима Асада не означает внезапный конец гражданской войны в Сирии. Скорее всего, падение Асада приведет к сопротивлению против новой власти со стороны алевитов и других поддерживаемых Ираном элементов. Кроме того, как указывает Гэри Гамбилл (Gary Gambill), западное военное участие может прибавить силы оппозиции против нового правительства и таким образом продлить насилие. Наконец (как раньше в случае с Ираком), затяжной конфликт в Сирии дает некоторую геополитическую выгоду:

• Это уменьшает шансы Дамаска начать войну с Израилем или вернуться к оккупации Ливана.
• Это увеличивает вероятность того, что иранцы, угнетенные муллами – ключевыми союзниками Асада – вдохновятся сирийским восстанием и тоже восстанут против своих правителей.
• Это усиливает вражду арабов-суннитов по отношению к Тегерану, тем более, что Исламская Республика Иран оказывает военную, финансовую и технологическую помощь в подавлении сирийцев.
• Это облегчает участь немусульман: свидетельствуя о новом мышлении, иорданский салафитский лидер Абу Мухаммад Тахави недавно заявил, что "Алевито-шиитская коалиция в настоящее время является большой угрозой для суннитов, даже большей, чем израильтяне."
• Это разжигает ближневосточное недовольство Москвой и Пекином за их поддержку режима Асада.

Поэтому в интересах Запада – держаться подальше от сирийского болота.

Перевод с английского И. Эйдельнант

counter
Comments system Cackle