Почему ХАМАС и ФАТХ никогда не помирятся
Фото: Reuters
Почему ХАМАС и ФАТХ никогда не помирятся

Идеологическая и культурная пропасть, разделяющая движения и их лидеров, не оставляет ни малейшего шанса на достижение единства. 

В исламском праве существует различие между "талак раджи" - разводом, который еще можно отменить, и "талак баин" - окончательным разводом. Исламские законоведы признают разницу между ссорой супругов, которую, приложив некоторые усилия, еще реально завершить примирением, и ситуацией, когда взаимная неприязнь уже не позволяет прийти к миру. Оценить же степень взаимной вражды между супругами можно по словам, которые они говорят друг о друге, а также по сопровождающему эти слова тону. 

Вот уже более 11 лет, начиная с того самого момента, когда в июне 2007 года ХАМАС захватил сектор Газа, автор этих строк убежден в том, что развод между ХАМАСом и ФАТХом, между режимом в Газе и Палестинской автономией, между Махмудом Аббасом с одной стороны и Халедом Машалем, Исмаилом Ханией и Яхья Синуаром с другой, это развод окончательный - "талак баин". 

А потому любые усилия, прилагаемые палестинскими арабами и другими (прежде всего египтянами и иорданцами) были и останутся безуспешными. Даже если стороны и достигнут соглашения о примирении, соглашение, может, и подпишут, но примирения не будет. 

Между религией и национальностью 

Причины, лишающие эти движения возможности для компромисса, многочисленны и охватывают все сферы жизни. С точки зрения идеологии ХАМАС - палестинский филиал "Братьев-мусульман". Они, воспринимая национализм как бунт против ислама, напрочь отвергают просочившиеся в арабский мир с началом XX века националистические идеи. 

Для националистов главное - это именно национальность, а не религия, поэтому, если вы принадлежите к арабской нации, неважно, являетесь ли вы мусульманином, христианином, друзом, алавитом или носителем какой-либо другой религии. 

"Братья-мусульмане" же верят в то, что "Аллах - это наше предназначение, пророк - нам пример, Коран - конституция, джихад - путь, а смерть во имя аллаха - самая заветная из надежд". Религиозные соображения, проистекающие из вечных слов всевышнего, непоколебимы и абсолютны. Национальные же - относительны, обусловлены изменяющейся ситуацией и сами могут меняться вместе с ней. 

ФАТХ, будучи национальным движением, корректирует позиции в соответствии с возможностями. Это движение было основано в конце 1950-х годов с целью уничтожить Израиль в границах, установленных после Войны за независимость. Сегодня же оно утверждает, что готово признать Израиль в этих границах, а его цель - освободить территории, которые достались Израилю в результате победы в Шестидневной войне - Иудею и Самарию. 

В свою очередь, ХАМАС не видит ни малейшей возможности принять государство Израиль, даже если, расположившись на тель-авивском побережье, оно заняло бы место не более почтовой марки.  

Подход ХАМАСа зиждется на трех исламских основах: 

Иудаизм — это "дин баталь", упраздненная религия, создавать для которой государство нет ни малейших оснований. 

Евреи - не народ, а лишь общины из самых разных народов мира, обязанные жить как "ахаль дима", то есть под сенью ислама. А потому нет никаких причин создавать государство для людей, не являющихся народом. 

Палестина, будучи однажды уже завоеванной исламом, является землей, отданной мусульманам, а потому ни у кого нет права соглашаться на передачу какой-либо ее части евреям. 

Одним словом, на идеологическом уровне движения ХАМАС и ФАТХ занимают столь разные позиции, что объединить их невозможно. Самое большее, что можно сделать, это найти, а еще лучше придумать, общую повестку дня, в широких и гибких рамках которой обе стороны смогут сосуществовать без большого конфликта. Создание же подобной структуры целиком зависит от желания и способности лидеров обеих сторон усесться рядом, согласившись на общий набор тем. 

Война слов 

Проанализировав историю обеих организаций с 1987 года, тех пор, возникло движение ХАМАС, мы обнаружим, что число раз, когда обе стороны действительно согласовывали какие бы то ни было общие рамки, крайне невелико. 

Большую часть времени на протяжении более чем тридцати лет обе стороны враждовали друг с другом. И примирить их не могли ни ненависть к Израилю, ни желание его уничтожить, которые, по идее, должны были объединить оба движения. 

Глубокие различия в культуре обеих сторон были хорошо заметны, например, в декабре 2017 года, во время подписания соглашение о примирении. На общей фотографии сразу бросается в глаза, что представители ФАТХа и Палестинской администрации в галстуках, а хамасовцы - нет. 

Объяснение просто: ФАТХ и администрация автономии стремятся создать себе имидж современных людей, не чуждых западной моды. ХАМАС же отвергает увлечение западной культурой, по его мнению, антиисламской в самой своей сути. К слову, в этом расхождении, как раз и заключена одна из фундаментальных причин того, что соглашение было подписано, но примирения так и не состоялось. 

Чтобы яснее осознать глубину этих различий, стоит взглянуть на некоторые из недавних публикаций в арабских СМИ. Так, буквально, в момент написания этих строк, на хамасовском сайте Palestine-info главной новостью было сообщение о младенце из Газы, умершем из-за того, что управление здравоохранения палестинской администрации в Рамалле отказалось выделить сумму в тридцать тысяч долларов на лечение, которое могло бы его спасти. 

Сообщение, проиллюстрированное огромной фотографией ребенка, когда тот еще был жив, ясно подразумевает, что вина "за убийство детей Газы" лежит не только на Израиле, но и на палестинской администрации. Там же рассказывается и о коррупции среди лидеров автономии, из чего нетрудно заключить, что главы палестинской администрации предпочитают копить в швейцарских банках украденные у народа миллионы, нежели выделить крошечную сумму для спасения от смерти палестинского ребенка. 

В апреле 2017 года представитель ХАМАСа в палестинском законодательном совете Маруан Абу-Рас, сказал перед телекамерами следующее: 

"Если Аббас не хочет Газу, так пусть и не берет из Газы ни гроша. Они [представители Палестинской администрации] говорят, мол: "Либо возьмите всю Газу целиком, либо оставьте ее полностью". Но почему тогда ты берешь наши деньги? .... [у администрации] есть целая армия брехливых СМИ, лгущая о народе и фальсифицирующая факты ... а еще другая команда, которая за деньги сформировала предательскую по отношению к этому народу позицию. Аббас сам поставил себя на самое высокое место в предательстве и коллаборационизме [с сионистами]. Он сам вынес себе и своему пути неизбежный смертный приговор с отлучением от нашего народа, поскольку все, что он делает - это предательство и сотрудничество с врагами. Необходимо привлечь Аббаса к народному суду в центре Газы и вынести ему по закону смертный приговор через повешение на глазах всего народа, как самому большому предателю, которого только знала палестинская проблема". 

Палестинская администрация, говоря о ХАМАСе, тоже слов не выбирает. В марте 2018 года в Газу прибыл "премьер-министр" автономии Рами Хамдалла со своим начальником службы безопасности Маджедом Фараджем. Как только они въехали в сектор, возле машины была взорвана бомба, слегка поранившая чиновников. Реагируя на этот инцидент, Аббас сказал о членах ХАМАСа так: 

Эти методы родились вместе с ними, были изобретены в их сердцах, поэтому мы и говорим: "Это не пройдет. Неважно, говорят ли они, что будут расследовать, или не будут, мы отвечаем: "Мы не хотим от них никакого расследования и никакой информации, поскольку прекрасно знаем, что они, движение ХАМАС, и были теми, кто стоял за этим мерзким и подлым инцидентом". 

Разверзнутая пропасть 

Представители администрации обвиняют ХАМАС в предательстве палестинского дела – мол, те, разделив территорию автономии на две части, предоставили Израилю надежное оправдание для отказа создавать государство для палестинских арабов, которое, учитывая произошедшее в Газе, стало бы еще одним "Хамасстаном" в Иудее и Самарии. 

ХАМАС же обвиняет администрацию в желании примириться лишь для того, чтобы захватить оружие ХАМАСа и передать его Израилю, хотя это оружие должно было бы "освободить Палестину". Кроме того, при любом соглашении о перемирии ХАМАС категорически отказывается передать Рамалле управление безопасностью в Газе, опасаясь того, что сотрудничество с Израилем в этой сфере повлечет за собой уничтожение его ракетного арсенала, передачу информации о туннелях, а, возможно, по требованию Израиля, и их уничтожение. 

Суть примирения на условиях палестинской администрации состоит в том, что ХАМАСу придется расстаться со всеми военными и политическими активами, накопленными им за все эти годы, оставшись с одной лишь надеждой на победу в ходе следующих выборов в законодательное собрание автономии и на пост главы администрации. 

Вот только ХАМАС хорошо помнит, что случилось после победы движения, получившего в январе 2006 года большинство мест в этом самом законодательном собрании. Выиграв выборы, они сформировали свое правительство со своими министрами. Но ООП им места не уступила. ХАМАС опасается, что даже если ему снова удастся победить на выборах, тот же сценарий повторится вновь. Выборы-то они выиграют, а должности все равно так и не получат. 

Одним словом, из всего вышеизложенного следует то, что слишком много "дурной крови" течет по венам конфликта между ООП и ХАМАСом. Слишком много там личных, идеологических, религиозных и культурных аспектов, затрудняющих поиск общей основы, на которой можно было бы установить примирение и построить общий союз. 

И потому любой, кто говорит про соглашение о примирении в обозримом будущем, напрочь пренебрегает глубиной разрыва между движениями и их лидерами. Мой же вывод, который я сделал еще в 2007 году, после того, как ХАМАС захватил сектор Газа, остается неизменным, возможно, соглашение о примирении и подпишут, но стоить оно будет не больше той бумаги, на которой его напечатают. 

Настоящего же примирения между этими движениями не будет до тех пор, пока они продолжат оставаться теми, кем являются сейчас. Лишь в далеком будущем, после глубоких и радикальных изменений в этих организациях, в их идеологии и культуре, может статься, они и достигнут возможности преодолеть разделяющую их ныне пропасть. Но уж точно не сейчас. 

Автор: Мордехай Кедар, MIDA 

Перевод Александра Непомнящего 

counter
Comments system Cackle
Загрузка...