Кто бы ни победил в сирийской войне, в проигравших окажется Израиль
Фото: пресс-служба
Кто бы ни победил в сирийской войне, в проигравших окажется Израиль

Нетаниягу вложил немало времени и усилий в выстраивание личных отношений с российским президентом Путиным. Договорились, что Москва не станет сбивать израильские военные самолеты, когда те будут вторгаться в Сирию. Но сотрудничество Израиля с Россией - необходимость, а не добрая воля, считает The Atlantic. Ведь всем понятно, что Россия из Сирии никуда не денется. 

Даже нескончаемые переговоры Нетаниягу с Путиным не смогли предотвратить пугающее развитие событий по другую сторону границы, что ставит долгосрочную стабильность его страны под угрозу. 

Чтобы понять, насколько противоречиво отношение Израиля к сирийской войне, достаточно вспомнить Авигдора Либермана. В 2016 году Либерман, воинственный министр обороны Израиля, обозвал сирийского президента Башара Асада "мясником". Он заявил, что остановить бойню, развязанную сирийским правительством, - моральный долг Израиля из-за Холокоста. В интересах Израиля, добавил он, "вышвырнуть из Сирии" как самого Асада, так и его иранских союзников. Перемещаемся в август 2018-го. Во время инспекции израильской системы ПВО Либерман уже оптимистично высказывается об укреплении позиций Асада, всячески приветствуя появление в Сирии "ответственной власти" и "сильной руки". Когда его спросили, поможет ли это снизить напряженность на северных рубежах Израиля, он ответил: "Думаю, да. Полагаю, это и в интересах Асада тоже". 

Эти два противоречащих друг другу заявления наилучшим образом отражают конфликт между приоритетами Израиля в Сирии. С одной стороны, Асад - важнейший союзник Ирана в арабском мире. Он не только обеспечивает Тегерану подступы к северным границам Израиля, но и снабжает "Хизбаллу" оружием. С другой, Асад, несмотря на ярую антиизраильскую риторику его правительства, - фигура хорошо известная и предсказуемая, чего не скажешь о запутанном клубке повстанцев-суннитов и джихадистов, которые со всей вероятностью придут ему на смену. До недавних пор граница с Сирией была спокойнейшим из израильских рубежей на протяжении 40 лет. 

При том, что решать исход сирийской войны Израиль не берется, он настойчиво преследует узкий ряд целей. Его воздушная кампания нацелена на то, чтобы не дать Ирану создать постоянные военные базы в Сирии или вооружить "Хизбаллу" современными ракетами. На юге страны Израиль спонсировал и вооружал сирийских повстанцев, чтобы сформировать кордон против Ирана и его союзников. На любые выстрелы по своей территории Израиль платил тем же. И наконец, израильские военные готовы остановить всякое военное вторжение на юг Сирии, оккупированный друзами - этнической группой, совмещающей элементы ислама и других религий. Причина - давление со стороны друзского сообщества внутри самого Израиля, где опасаются последствий любой оккупации. 

И хотя эта стратегия и сберегла Израиль от сирийского кровопролития, она не в состоянии предотвратить худший из возможных сценариев развития событий в Дамаске. Воскреснув, Асад консолидирует свою власть при беспрецедентной поддержке Ирана. Офицеры Корпуса стражей Исламской революции и бойцы "Хизбаллы" укрепили свои позиции в Сирии, получив в свое распоряжение ракеты дальнего радиуса действия, которые могут нанести невиданный урон израильским городам. В понедельник сообщалось, что Иран и Сирия подписали договор о дальнейшем укреплении военного сотрудничества. 

Израиль, со своей стороны, провел с начала войны более сотни воздушных ударов по оружейным конвоям "Хизбаллы", чтобы эту угрозу предотвратить. В начале августа сообщалось, будто Израиль заминировал автомобиль, чтобы уничтожить сирийского ученого, сыгравшего ключевую роль в ракетной программе страны. "Мы можем многое, хоть и не все - сообщил мне Яков Амидрор, бывший советник Биньямина Нетаниягу по национальной безопасности. - Но дать Ирану понять, какую цену им придется заплатить за вторжение в Сирию, нам по силам". 

Нетаниягу вложил немало времени и усилий в выстраивание личных отношений с российским президентом Владимиром Путиным, чтобы сохранить давление на Иран и его союзников. Только с начала российского военного вмешательства по просьбе Асада в 2015 году Нетаниягу виделся с Путиным девять раз - больше, чем с любым другим мировым лидером. В результате договорились, что Москва не станет сбивать израильские военные самолеты, когда те будут вторгаться в сирийское воздушное пространство и атаковать иранские войска или силы "Хизбаллы". 

Полагаться на Россию Израиль вынудило нежелание президента Дональда Трампа вести в Сирии долгосрочную кампанию. В начале этого года Трамп велел военным готовиться к выводу всех войск из страны, а в начале августа объявил, что США передумали тратить 230 миллионов долларов, ранее выделенные на восстановление разрушенной сирийской инфраструктуры. "Если вы определяете израильскую политику, то вам должно быть ясно как дважды два, что Россия из Сирии никуда не денется, - сообщил мне Итамар Рабинович, в 1990-х бывший главным переговорщиком по Сирии. - А теперь посмотрите на США: сегодня президент говорит, что выведет 2 тысячи американских солдат, а завтра решает их оставить под давлением общественности. Можно ли на него положиться? Вряд ли". 

С Россией Израиль сотрудничает скорее по необходимости: маловероятно, что Москва в региональной конфронтации с Ираном приняла его сторону. До вмешательства Путина в 2015 году, изменившего ход конфликта, Асада и его иранских союзников неизбежно теснили. Российские обещания держать иранские войска в 85 километрах от израильской границы всерьез не воспринимаются: когда у Ирана имеются ракеты дальностью более 150 километров, эти гарантии ничего не значат, говорят израильские политики. 

Контакты Израиля с Россией отражают всю прагматику их отношений, сообщил мне Яир Лапид, бывший министр финансов и один из лидеров оппозиции. "Я сомневаюсь, что Россия возьмется выдворять из Сирии Иран сугубо ради Израиля. И не думаю, что ей это вообще по силам". 

Сомнения в способности и желании Путина сдерживать Иран лишь усиливаются. В недавней статье, опубликованной Вашингтонским институтом ближневосточной политики, отмечается ряд признаков, что Россия свое военное присутствие в Сирии сокращает. А это, в свою очередь, умаляет власть Путина над Ираном и Асадом. Между тем Иран и его союзники пустили корни в силовые структуры Сирии вплоть до того, что их силы уже не отличишь от регулярных подразделений. 

Эта ситуация может означать конец российско-израильского сотрудничества в Сирии. "Израильские официальные лица все чаще говорят, что эта стадия близится к завершению, - считает Ханна Нотте, знаток России и политический аналитик консульт-группы Shaikh Group. - Есть мнение, что стрелять по Ирану и „Хизбалле", не задевая при этом сирийских солдат, будет все сложнее, а Россия вечно такое терпеть не намерена". 

Пока израильские военные пытаются решить эту дилемму, некоторые политики хотят воспользоваться боевыми действиями, чтобы закрепиться на Голанских высотах. Израиль завоевал эту стратегически важную территорию в ходе войны 1967 года и окончательно аннексировал ее в 1981. При этом ни одно государство израильского суверенитета над Голанскими высотами не признало. Крупные израильские политики, например, тот же Лапид или министр образования Нафтали Беннет, пытаются убедить США признать аннексию законной. 

Лапид в этом вопросе действует особенно энергично. Он затронул эту тему на встрече с американскими законодателями в Вашингтоне, а также в своей речи перед Кнессетом. "Любой, кто хоть сколько-нибудь понимает Ближний Восток, осознает, что Израиль никогда не вернет Голанские высоты Асаду, виновнику массовых убийств, чьи союзники, Иран и „Хизбалла", добиваются нашего уничтожения, - заявил он мне. - Признание израильского суверенитета над высотами не только исторически оправданно, но и дальновидно стратегически, так как Асад поплатится за свое омерзительное поведение, и мировому сообществу даже не придется вязнуть в Сирии". 

У администрации Трампа между тем нет ни малейшего желания признавать Голанские высоты израильскими, во всяком случае в ближайшее время. Советник по безопасности Джон Болтон на прошлой неделе заявил, что это "не тема для обсуждения" и что "США свою позицию менять не намерены". На предложение Рона ДеСантиса (Ron DeSantis), члена палаты представителей от штата Флорида, признать Голанские высоты израильскими, зашикали даже республиканцы. Однако сторонники этой идеи, воодушевленные прошлогодним решением Трампа признать столицей Израиля Иерусалим, планируют добиваться своего, надеясь, что ситуацию переломят промежуточные выборы. 

Какое бы развитие ни получили все эти драмы, ясно одно: Иран и его союзники намерены в ближайшие годы бросить Израилю вызов на ряде фронтов. В Ливане и Сирии "Хизбалле" удалось сосредоточить больше бойцов, чем когда либо, - к тому же они вооружены как никогда хорошо. В начале этого года ХАМАС и Израиль схлестнулись в ряде стычек, пока не заключили перемирие. Наконец, есть риск, что Иран воспользуется решением администрации Трампа снова ввести санкции, чтобы возобновить свою ядерную программу. 

"Перед ними стоит такая задача: окружить Израиль сетью своих ставленников, чтобы затянуть страну в череду неразрешимых, долго тлеющих конфликтов, а они сделают жизнь невыносимой, - считает Майкл Эйзенштадт (Michael Eisenstadt), бывший офицер армии США, ныне научный сотрудник Вашингтонского института ближневосточной политики. - Замысел в том, чтобы начать осаду и взять измором". 

Дэвид Кеннер (David Kenner), The Atlantic, США

counter
Comments system Cackle
Загрузка...