К чему приведет возврат санкций против Ирана?
Фото: Getty Images
К чему приведет возврат санкций против Ирана?

Мнения сторонника Трампа и эксперта по Ближнему Востоку 

Дональд Трамп в мае объявил о выходе США из международного соглашения по ядерной программе Ирана. В ночь на вторник, 7 августа, Белый дом возвращает санкции против Тегерана, замороженные Бараком Обамой. Эксперт по Ближнему Востоку и бывший член команды Трампа обсудили в эфире Би-би-си, что это означает - и какими могут быть последствия. 

В 2015 году Иран заключил соглашение, известное как Совместный всеобъемлющий план действий (СВПД), с США и ведущими мировыми державами об отказе от разработки ядерного оружия в обмен на снятие части экономических санкций против Тегерана, в том числе - запрета на международную торговлю нефтью. 

Избранный в 2016 году президент США Дональд Трамп резко критиковал договор, заключенный его предшественником Бараком Обамой. 8 мая Дональд Трамп заявил, что Штаты выходят из соглашения, и объявил о возобновлении торговых санкций против этой страны. Они должны полностью вступить в действие спустя 90 дней после этого заявления, то есть 6 августа. В первую очередь Ирану запрещается теперь пользоваться долларом - основной валютой международных сделок, в том числе и с нефтью. 

Решением США недовольна Европа. В мае Евросоюз начал процедуру введения в действие закона, позволяющего обойти международные санкции США. Этот закон приняли в 1996 году для защиты европейских компаний, работавших на Кубе, но так ни разу и не применяли. 

После того, как удалось заключить многостороннее соглашение по иранской ядерной программе, крупнейшие компании ЕС спешно открыли филиалы в стране в стремлении отвоевать долю иранского рынка, вернулись в Иран и российские нефтяники. Иран вернулся к обогащению урана около месяца назад, после того как в мае Трамп заявил, что Америка точно выйдет из соглашения. 

Лектор американского Университета Джонса Хопкинса по проблемам Ближнего востока доктор Санам Вакил и бывший член переходной администрации Дональда Трампа, сотрудник консервативного фонда Heritage Foundation Джеймс Карафано в эфире программы Би-би-си Today поспорили о том, стоит ли отказываться от сделки по ядерной программе Ирана всего через несколько лет после ее заключения, как к этому отнесутся партнеры США в Европе и как это может повлиять на ситуацию в регионе. 

Би-би-си: Джеймс Карафано, правда ли, что сегодня договоренностью с Ираном недовольны не только в Вашингтоне? 

Джеймс Карафано: Многие чиновники Евросоюза в личных беседах, неофициально, говорили мне: "Послушай, мы никогда не думали, что эта сделка так уж хороша. Этот договор заключали США и Иран напрямую, а нам просто сказали условия и велели их принять. Теперь мы влипли - нам нужно соблюдать это соглашение." 

Я говорил с представителями многих ближневосточных стран, соперников Ирана в регионе, и им это соглашение тоже никогда не нравилось. Поэтому думать, что всем нравился этот договор и все считают, что он приносит позитивные результаты - я думаю, это неправильно. 

Би-би-си: Доктор Вакил, одна из главных претензий к договору в том, что он должен был оставаться в силе всего десять лет. По сути, он просто откладывает создание Тегераном ядерной бомбы, а в историческом масштабе задержка на десять лет считается ничтожной. 

Санам Вакил: Все подписанты и участники сделки говорили, что они хотят развивать отношения с Ираном и дальше - за пределами договора о ядерной программе. С самого начала сделка была переходной. Одной из ее задач было создать доверие. Планы развивать отношения и дальше были всегда - и в области ядерного оружия, и с точки зрения ситуации в регионе. 

Би-би-си: Но в ближайшей перспективе договор принес Ирану деньги, которые он может потратить на создание ядерных ракет, или, как об этом говорят американские эксперты и многие другие, на поддержку терроризма в регионе. 

С.В.: Договор, я считаю, вообще не повлиял на политику Ирана в регионе. Иран с 2011 года - тогда договор еще не был подписан - оказывает серьезную поддержку Башару Асаду. С 2012 года Иран оказывает Дамаску военную поддержку. С 1980-х годов Иран поддерживает "Хезболлу". 

Поэтому мне кажется, что аргумент, будто бы договор по ядерной программе повлиял на внешнюю политику Ирана, немного преувеличен. 

Проблема этого договора в том, что он действительно не касался роли Ирана в регионе, но ожидалось, что все участники соглашения будут стремиться его развивать, а они этого не сделали. 

Выход из сделки - это ошибка, которая разделяет США и наших союзников в Европе, заинтересованных в этой сделке. Они принимали активное участие в переговорах и скорее всего возмутились бы утверждению, что это была сделка между Вашингтоном и Тегераном. 

Би-би-си: Джеймс Карафано, после выхода США из договора, разве не появился риск того, что Иран сблизится с Россией, сблизится с Китаем, и после этого сможет делать все что угодно в военной сфере, а США никак не смогут на него повлиять? 

Д.К.: Не думаю, что это правда. У Ирана всегда были крепкие отношения и с Россией, и с Китаем. Это не изменилось. 

В конечном итоге Россия и Китай не так много могут - и хотят - сделать для Ирана. Я думаю, это не ключевой фактор в данной ситуации. Ключевой фактор - это поддержка США стран, которые видят угрозу со стороны Ирана и давление, которое США оказывают на Иран. 

Эта страна сейчас в плохой ситуации. На них оказывают давление извне и изнутри, их экономика в упадке, у режима есть противники внутри страны. Власти действуют на пределе возможностей, в нескольких странах региона, их силы рассредоточены, и они тратят на это очень много денег. Они действительно столкнулись с давлением извне, и оно ограничивает режим в действиях. 

Би-би-си: Доктор Вакил, действительно ли таким режимам, как этот, нужно противодействовать экономически? Механизм такой: мы давим на вас с помощью санкций, из-за чего вам становится труднее прокормить свой народ, и в стране начинаются неприятности, так? 

С.В.: В теории, да, но с Ираном особая ситуация - иранскому режиму, революционной системе, идет четвертый десяток, и она успела выработать менталитет стойкости, менталитет сопротивления, как они сами его называют. 

Эта власть не сдастся просто так. Они могут начать переговоры с Дональдом Трампом, это много обсуждается, но основная цель иранского режима - выжить. 

Если США или международное сообщество ожидают, что иранский режим изменится, то с другой стороны иранцы ожидают [от Запада] ответственности. Сейчас к кризису легитимности режима в глазах иранцев добавилось глубокое разочарование Штатами и международным сообществом в целом. 

Мне кажется, всем стоит остановиться и подумать. Если кто-то считает, что получит другой Иран - со временем или с заключением новых договоренностей - то их, пожалуй, ждет сюрприз. 

Би-би-си: Господин Карафано, как вы считаете, стоит ли сейчас Дональду Трампу встречаться с иранским лидером Роухани? Трамп намекал на это в "Твиттере". Если эта встреча состоится, вы будете рады? 

Д.К.: Не знаю. Иранский режим очень стойкий, как и все авторитарные режимы. Они могут перераспределять ресурсы как захотят, и этому режиму это очень хорошо удается, как мы увидели. 

Я не уверен, что иранцы проявят энтузиазм по поводу таких переговоров, потому что если президент Трамп будет верен своим словам и будет добиваться договоренности, соответствующей интересам США, то я не уверен, что иранцы на это пойдут.

Сейчас, я думаю, самое умное что могут сделать иранцы - дождаться ухода Трампа и надеяться, что президентом изберут кого-нибудь другого. 

Би-би-си: Доктор Вакил, каких самых страшных последствий вы ожидаете от повторного ввода санкций против Ирана? 

С.В.: Худшим результатом будут продолжительные и масштабные протесты в стране. В Исламской республике не боятся прибегать к насилию. Они намекали на очередное "закручивание гаек", они арестовывали людей, бросали их в тюрьму. 

Однако нас может ждать более широкая волна преследования людей, которые выходят на акции протеста за лучшее будущее, за свои экономические и политические права. Это произойдет, если жизнь в стране станет трудной, и протесты распространятся. 

counter
Comments system Cackle