Одним шпионом меньше
Фото: WallaNews
Одним шпионом меньше

Обвинения в адрес бывшего министра Гонена Сегева в полиции называют "одними из самых серьезных в сфере безопасности за всю историю государства". Хотя это отнюдь не первый шпион в истории Израиля. 

В 2004 году был арестован Мухаммад Али Ранем, житель Бака аль-Гарбиа, по подозрению в том, что был завербован иранской разведкой во время посещения Саудовской Аравии. Ему поручили ряд заданий, но он так и не смог их выполнить. 

В 2008 году еще один гражданин Израиля был арестован в аэропорту им. Бен Гуриона, опять же по подозрению в шпионаже - предполагалось, что он встретился с представителями Ирана в их консульстве в Стамбуле и  согласился на них работать. 

Наконец, в сентябре 2013 года бельгиец иранского происхождения Али Мансури был задержан в аэропорту - его обвинили в том, что во время пребывания в Израиле он фотографировал израильские и американские объекты для передачи снимков иранцам, а также пытался завести контакты с израильскими бизнесменами. 

Гонена Сегева обвиняют в помощи врагу во время войны, шпионаже против государства Израиль, нескольких фактах передачи информации врагу. Размер ущерба, который был нанесен его действиями, еще предстоит выяснить. Адвокаты Сегева, которым израильские службы безопасности позволили заниматься столь щекотливым делом, встретились с обвиняемым только через неделю после того, как он был арестован и доставлен в Израиль (Сегев жил в Нигерии, хотел переехать в Экваториальную Гвинею, но получил отказ по причине своего криминального прошлого: в 2004 году его поймали в аэропорту Амстердама при попытке провезти в Израиль 32 тысячи таблеток "экстази"). 

Сегев сотрудничает со следствием, но отвергает обвинения в шпионаже и на допросах в ШАБАКе говорит, что это он завербовал иранского резидента, а не наоборот. Он убеждает, что не хотел нанести ущерб национальной безопасности, а, напротив, помочь ей. Но, по источникам в ШАБАКе, ему предъявили доказательства, опровергающие его версию. 

Следствие велось несколько месяцев, израильские разведчики сотрудничали в нем со своими коллегами в Африке. Утверждается, что Сегев мог передать иранским агентам сведения, относящиеся к энергетической сфере, к объектам безопасности, информацию о высокопоставленных государственных чиновниках и руководителях сил безопасности. 

По оценкам израильских спецслужб, доступа к актуальной текущей информации у Сегева не было, поскольку он давно ушел из политики, но возможно, он пытался получить дополнительные сведения через свои контакты в Израиле - в частности, от израильских бизнесменов, с некоторыми из которых встречался в Нигерии. В их числе были и высокопоставленные, в прошлом, представители израильских оборонных ведомств. Но ни один из них пока не находится под подозрением: предполагается, что никто из них не знал, что информация предназначается для Ирана. В ШАБАКе пояснили: "Сегев пытался связать израильских граждан с иранскими агентами, выдавая их за обычных бизнесменов". 

Будучи врачом, Сегев заводил знакомства в своей клинике в столице Нигении, Абудже. Бизнес был успешным, здесь принимали многих дипломатов и деловых людей. Это место открыло Сегеву двери в посольства многих стран. Расследование ШАБАКа и полиции показало, что в 2012 году он установил контакты с двумя агентами иранской разведки, через посольство Эритреи в Нигерии: они инициировали встречу с ним под предлогом того, что хотят обсудить с ним возможность покупки медицинского оборудования. Любопытно, что после осуждения в 2004 году его лицензия врача-педиатра была аннулирована - что не помешало ему возглавить клинику в Нигерии. Позднее он проходил также по делу о мошенничестве: снял большие суммы с кредитной карты, а потом сказал, что ее украли. 

Сегев занимал пост министра энергетики и инфраструктуры в правительстве Ицхака Рабина, в 1995 году помог ему обеспечить большинство для утверждения "норвежских соглашений", но уже в 1996 году ушел из кнессета и занялся бизнесом. Конечно, вербовку агента в ранге министра (пусть даже бывшего) можно считать большим успехом Тегерана. 

На арест Сегева отреагировали политики и ветераны израильских спецслужб. Исраэль Хасон, в прошлом - зам. директора ШАБАКа, в интервью газете "Исраэль ха-йом" заметил: "Тот, кто единожды совершил мерзость, остается мерзавцем. Это - самый большой преступник из всех, когда либо избранных в кнессет. Нужно помнить, что такую шпионскую деятельность трудно выявить. Кнессет - последнее место, где вы ищете шпионов". Ну, как после этих слов не вспомнить арабского депутата Азми Бшару, которых успел бежать из Израиля от таких же обвинений? 

Имя Сегева пополнит список вражеских агентов, разоблаченных израильской контрразведкой. В их числе - профессор медицины Авраам Маркус Клинберг - эпидемиолог, зам.директора Института биологических исследований, осужденный в 1983 году за шпионаж в пользу СССР на  двадцать лет лишения свободы. Шабтай Калманович также работал на СССР, за что был приговорен в 1987 к девяти годам лишения свободы. Отсидев только пять с половиной, он снова занялся бизнесом в России, подозревался в контактах с криминальными группировками и в 2009 году был застрелен в центре Москвы. Нахум Манбар, израильский торговец оружием, в 1987 году был приговорен к 16 годам лишения свободы за помощь врагу во время войны и передачу информации врагу с целью нанести ущерб безопасности Израиля. Позже ему "скостили" полтора года. 

В отличие от Гонена Сегева, который совершал преступления ради наживы, можно вспомнить Уди Адива (зятя Клингберга - два шпиона в одной семье!), активиста ультралевого движения "Мацпен", уличенного в 1973 году в шпионаже в пользу Сирии. Он был приговорен к 17 годам тюремного заключения, но освобожден через 12 лет в рамках "сделки Джибриля" после того, как раскаялся в своих действиях. До него "идеологическим шпионом" был дипломат Зеев Авни, который в 1956 году передал секретные материалы советской разведке. А профессор физики Курт Сите возглавлял отдел в Технионе, заседал в израильской комиссии по атомной энергии и снабжал шпионскими сведениями разведку своей бывшей родины - Чехословакии. Особо ценных данных он им не передал, потому и приговор был относительно мягким - три года лишения свободы. 

О Мордехае Вануну и говорить не приходится, разве что напомнить, что,  как и Сегев, он рассчитывал хорошо заработать на своем предательстве.

counter
Comments system Cackle
Загрузка...